Все равно граница между тем и другим давно стерлась, не без помощи телефонов, компьютеров и прочих плодов прогресса. Давайте же мы с вами воспользуемся той возможностью, что нам открылась сейчас. Не будем ничего анализировать. Просто пройдем этот путь от начала до конца и посмотрим, куда он нас приведет.
Анна стояла невдалеке от Ховарда. Одной рукой она держала Бенджи за руку, а рукавом другой прикрывала нос малышки от пыли. Поймав ее взгляд, Ховард осекся.
Все, хватит слов, закончил он. Движемся дальше. Думаю, можно уже спокойно переговариваться. Мы глубоко под землей.
Он первым вышел из винного погреба обратно в узкий коридор. Низкий сводчатый потолок подземного хода был облицован желтым кирпичом, а стены оштукатурены. От света электрических фонариков стало совсем светло, и Дэнни разглядел процарапанные в штукатурке слова на незнакомом языке. Кое-где встречались картинки: рука, лошадь, рыба. Анна с детьми начала отставать и шла теперь перед Дэнни. Почти никто не разговаривал.
Внезапно под сводами прокатился глухой стук, будто обрушилось что-то тяжелое — даже земля под ногами содрогнулась. Все смолкли. Впереди встали, но идущие сзади продолжали двигаться, отчего в узком коридоре образовался затор.
Молчание нарушил звонкий голос Бенджи: Папа, что это?
Ховард: Пока не знаю.
Все ждали, но больше ничего не произошло. Правда, шепот у Дэнни над ухом в тишине стал настойчивее:
шорахасса… висхафоршинн… лашатисхин… —
так явственно, что вместе со словами, казалось, до него долетало и дыхание.
Ховард: Мик, ты там?
Мик: Да.
Ховард: Никто не потерялся?
Мик: Все на месте. Я считал.
Ховард: Ага, хорошо. Тогда идем дальше.
И цепочка снова растянулась по коридору. Дэнни поймал себя на том, что он начинает отключаться. То ли из-за назойливого шепота в мозгу, то ли от недосыпа — но ему постоянно приходилось напоминать себе, что у них с Ховардом война, что в кармане у него нож. Эти чрезвычайно важные обстоятельства почему-то упрямо выскальзывали из его памяти и исчезали. Как исчезла головная боль, которая просто ушла в какой-то момент, а он и не заметил.
Впереди свернули направо, и вскоре взволнованный гул вытеснил из ушей Дэнни неотвязный шепот. Видимо, там обнаружилось что-то серьезное.
Толстая деревянная дверь вела в помещение, размерами многократно превосходившее винный погреб. Лучи нескольких фонариков терялись вдали, и Дэнни не сразу понял, что перед ним такое. Автомобильные шасси? Тренажеры? Лишь когда все сгрудились внутри и света от фонариков прибавилось, он сообразил, что смотрит на орудия пыток. Вот дыба, вот тяжелые деревянные колодки с обитыми железом отверстиями для рук и ног, вот костюм из железных полосок с шипами, сделанный по форме и размеру человеческого тела.






