ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Популярность писательницы и журналистки Дженнифер Иган растет стремительно. Первый же ее роман «Невидимый цирк» имел большой читательский успех и лег в основу фильма, где главную роль сыграла Кэмер... Цитадель Дженнифер Иган Глава первая Замок был полуразрушенный, но в два часа ночи в тусклом свете луны это не бросалось в глаза. Все, на что падал взгляд, стояло крепко, неприступно: две круглые башни, между башнями арка, под аркой железные ворота, глухие и тяжелые, не отворявшиеся, наверно, лет триста. Или вообще никогда. Раньше Дэнни не доводилось бывать в замках, да и в эти края его занесло впервые, но все кругом казалось смутно знакомым. Будто он уже это видел — не в жизни, так в книжке или во сне. Сверху на башнях зубцы, как на детском рисунке. Воздух по-осеннему холодный, с дымком, хотя в Нью-Йорке в середине августа народ еще ходил в майках. А тут с деревьев уже начали опадать листья: когда Дэнни шел, они мягко скользили по его волосам и шуршали под ногами. Сейчас он искал дверное кольцо, звонок, выключатель — не важно что, главное попасть внутрь или хотя бы понять, как это делается. Но ничего не находилось, и Дэнни начал терять надежду. Вечером он два часа проторчал на остановке в маленьком унылом городишке, втиснутом в ущелье между двумя грядами холмов: ждал хоть какого-нибудь завалящего автобуса, который бы подвез его до замка. Но автобуса не было. А потом Дэнни случайно поднял голову и увидел темный силуэт замка на фоне вечернего неба. Пришлось несколько километров пилить в гору пешком, волоча за собой чемодан — тяжеленный «самсонайт» на разболтанных колесиках — и спутниковую тарелку. Колесики вихляли, натыкались на корни и булыжники, проваливались в кроличьи норы. А тут еще нога. И всю дорогу, от самого Нью-Йорка, с ним происходила какая-то несуразица. Ночной рейс, которым Дэнни должен был вылетать из аэропорта Кеннеди, в последний момент задержали: якобы в

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Странно спокоен, как во сне.

Зажав фонарик зубами, он начал взбираться: медленно, осторожно. Через метр-полтора по бокам лестницы торчали железные кольца, без них подниматься было бы совсем невозможно. Одной рукой Дэнни хватался за кольцо, другой опирался на скользкие ступеньки. Фонарик, как кляп во рту, давил на язык. Это была самая длинная лестница в его жизни. Потом она повернула, и свет, лившийся снизу, остался позади. Запахло землей — не чревом ее, из которого он сейчас выползал, а живой землей, соприкасавшейся с воздухом, деревьями, травой. От этого запаха Дэнни вдруг пробудился, и оказалось, что он хочет, жаждет жить. Он пополз быстрее, по-паучьи перебирая руками и ногами. Через каждый метр он вскидывал голову, чтобы посветить фонариком наверх. Наверху были ступеньки. Еще ступеньки. Наконец желтый луч уперся в горизонтальную плоскость: крышка люка, ее внутренняя сторона. Когда Дэнни добрался до верха, руки и ноги у него тряслись. Он нажал на крышку ладонью, но она даже не дрогнула. Дэнни сгорбился и замер, пытаясь отдышаться; он давился фонариком и боролся с тошнотой, пот лил с него ручьями.

Откатив фонарик за щеку, он прокричал вниз: Эй, здесь наверху люк! Попытаюсь его открыть. Буду стучать. Могу сорваться. Отойдите от лестницы.

Снизу долетело что-то неразборчивое.

По обе стороны от люка были железные кольца. Дэнни ухватился за них руками и, перевернувшись, уперся ногами в крышку. Теперь он висел, скрючившись, вниз головой. В висках пульсировала кровь. Он стукнул каблуком — похоже на камень — и стал толкать крышку ногами.

Он бил ее, пытаясь одновременно распрямить колени, он рвался как безумный и выкладывался до конца, будто это и было то единственное, ради чего он родился на свет. Он рвался, сколько мог, — но силы иссякали, дыхания не хватало, вены на шее и на висках пульсировали. Крышка не подавалась.

Мик! — позвал он, и фонарик, выскользнув изо рта, поскакал вниз по ступенькам. Осторожно там! — заорал Дэнни. К лестнице не подходить! Какое-то время он еще слышал клацанье фонарика по камню, потом все стихло. Мик, крикнул он чуть погодя. Поднимайся сюда! На этот выкрик ушли последние силы, ничего не осталось. Дэнни висел в полной темноте на двух железных кольцах, тяжело дыша раскрытым ртом.

Но вскоре внизу мелькнул свет. А к тому времени, когда из-за поворота показался Мик с зажатым в зубах фонарем, Дэнни успел немного отдышаться. Мик был без рубашки, пот струился по его груди и рукам — по тугим мышечным жгутам со старыми рубцами вдоль вен.

Дэнни: Тут люк. Надо вытолкнуть крышку наружу.

Мик: Да. Понял.

Теперь они вдвоем повисли вниз головой, держась одной рукой за кольцо, а второй обхватив друг друга за шеи. Начали бить по крышке ногами. Получилось много грохота — и все.

Мик: Постой. Давай считать.