ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В книге современной американской писательницы честно переплелись судьбы умудренного жизнью полицейского и прекрасной манекенщицы, попавшей в паутину опасностей. Их ждут настоящие испытания, но любовь... Верь мне! Джин Реник 1 Элисон Шрив, одетая в толстый индийский свитер, который, впрочем, не согревал ее, стояла на заснеженном асфальте у здания аэропорта, рассматривая свои новые спортивные ботинки. Шрам на ее левом плече занемел от холода и ныл; ее тошнило от через силу съеденного завтрака, казалось, что его тяжесть вот-вот вывернет желудок наизнанку. Аэропорт бурлил: подъезжали пестрые такси, запорошенные снегом автомобили заносило на скользкой дороге, они сигналили, буксовали, мимо спешили нервные пассажиры. Прохожие женщины с интересом поглядывали на Джейка, не обращая никакого внимания на неприметную Элисон, стоявшую прислонившись к холодной дверце его серебристо-голубого мерседеса. Снежная крупка покалывала кожу на лице, а порывы ветра развевали ее густые белокурые волосы. Даже под кожаной курткой, одолженной у Джейка для предстоящей поездки, ее тело стыло на ледяном ветру. Она подняла глаза — в темных кругах усталости — и пристально поглядела на его породистое лицо в автомобильном окне, как всегда, строгое и непреклонное, обращенное сейчас к ней. — Может, я все-таки не полечу? На пересадку в Майями слишком мало времени: я наверняка не успею, пропущу рейс… Ветер подхватил обрывки ее слов и пар дыхания, а она в это время откровенно искала причины, чтобы в последнее мгновение отменить поездку. — Я ведь изучала культуру племен майя, и эти раскопки вряд ли мне многое дадут… Да и солнце может повредить моей к-коже… Она начнет шелушиться… Неумолимый голос Джейка резко оборвал ее: — С каких это пор ты беспокоишься о своей коже? Я же сам видел, как, загорая, ты доводила ее до красноты макового цвета. И потом ты едешь вовсе не из-за интереса к культуре древних майя. А я,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Хозяин кафе быстро поменял кассету с записью местной народной музыки, звучавшей до прихода американцев, на другую — с забойным рок-н-роллом. В кафе имелась масса подобных кассет, купленных у туристов, и все в округе знали, куда надо идти за последними записями модных шлягеров.

Когда Зекери помогал Вуди выбраться из фургона, он заприметил мальчика, державшего за руку маленькую сестренку. Зекери улыбнулся ей, и смущенная девочка спряталась за брата так, как это делают все маленькие девочки.

Из окна кафе Элисон видела, как Зекери порылся в карманах куртки, извлек начатую пачку «Даблминт», а затем медленно опустился на корточки, чтобы быть на одном уровне с ребенком — и протянул ей жевательную резинку.

— Как тебя зовут, малышка? — спросил он девочку, уцепившуюся за ноги брата и обвившуюся вокруг них, как лоза. — Ты любишь жевательную резинку?

Она разжала одну ручонку и протянула ее незнакомому дяде, но другою для большей безопасности покрепче уцепилась за брата.

Зекери терпеливо ждал и был вознагражден за это. Она высунула свое личико, боязливо взирая на него любопытными черными глазками, и быстро схватила, дотянувшись, протянутую ей резинку. Зекери угостил также и мальчика, который с улыбкой поблагодарил его. Погладив девочку по голове, он выпрямился и вошел в кафе.

Зекери заказал двойную порцию рома и кока-колу, надеясь, что ром проберет его быстрее, чем местное пиво. Маленькая девочка напомнила ему Стеффи, а он не хотел сейчас думать о ней.

Элисон подошла к расположенной в центре зала танцевальной площадке со стаканом в руке. Знакомый вкус кока-колы смягчал крепость рома, а добавленный сюда же настоящий лед делал коктейль прохладным, утоляющим жажду.

— Элисон! — «ковбой» кинулся к ней, опередив Джорджа. — Пойдемте танцевать! — и он вытащил упирающуюся женщину на середину площадки, победно вручив ее стакан оставшемуся ни с чем Джорджу.

Алкоголь ударил в голову всем участникам этого веселья, и дым пошел коромыслом.

Немного захмелевшая, Элисон громко смеялась, испытывая, наконец, удовольствие от мысли, что она за три тысячи миль от дома, выплясывает в забавном маленьком кафе в индейском городке Центральной Америки старый добрый рок-н-ролл. На протяжении всего дня жизнь была милостива к ней, никто не узнал ее, и сразу двое мужчин пригласили на танец! Она не танцевала уже несколько лет и совсем забыла, как это прекрасно! Она легко делала самые невероятные па.

Из-за столика в полутемном углу зала Зекери видел, что ковбой Гарольд, неважный танцор, путает телодвижения и не попадает в такт, а Элисон, чьи природные способности бросались в глаза, наслаждается ритмом и, сбросив тяжелые ботинки, подстраивается под Гарольда, помогая ему справиться с танцем.