ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Линетт по настоянию отца, финансового магната отправляется в кругосветное путешествие. Ее задача научиться вести себя в высшем обществе. Но в компании гламурных девиц и лощеных прожигателей жизни Лине... Райская птичка Маргарет Роум Глава 1 Коктейль-бар главного отеля Папеэта был заполнен нарядной щебечущей толпой. Здесь собрались в основном люди молодые, но попадались и элегантные мужчины и женщины пожилого возраста. Было время аперитива на управляемом Францией Таити, самом беззаботном острове во всем Тихом океане. Папеэт, его столица, недаром слыл центром веселья и развлечений. Яркий декор помещения бледнел перед блеском платьев, героически соперничавших одно с другим. Алые лепестки гибискуса терялись на фоне желтых лимонов, зеленая листва доблестно сражалась с густым океанским аквамарином, небесная голубизна терпела неудачу в попытке победить кислую остроту лайма. Пестрые длиннохвостые попугаи пронзительно кричали, их резкие, неприятные голоса терзали уши и казались неуместными здесь, как и сами птицы, лишними в этом море красок. Поэтому не было ничего удивительного в том, что, когда официант почтительно проводил двух новых посетителей к свободному столику, все взгляды с облегчением обратились в их сторону, чтобы немного отдохнуть на бледно-лиловом шифоне царственной пожилой леди, сопровождаемой высоким молодым человеком. Наступило минутное молчание, и в эту недолгую тишину как раз и упали слова Линетт Саутерн. Впоследствии она готова была отдать все свое годовое содержание, лишь бы забрать их назад, но в тот момент они выскочили, и ей пришлось закончить речь хотя бы для того, чтобы сохранить лицо. — Естественно, я голосую за брак с испытательным сроком! Если кто-то купил одежду и она ему не понравилась, можно вернуть ее назад. Почему же тогда наше современное общество терпит столь старомодную систему, заставляющую двух людей связывать себя браком на долгие годы то

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Ваша беседа, надо думать, была очень важной, Луис, раз потребовалось пренебречь благоразумием и… — Она немного поколебалась, затем решительно закончила: — И приличиями.

Когда Линетт, пунцовая от унижения, собралась было выразить протест, пальцы Луиса сжались на ее плечах, но девушка не обратила внимания на боль, которую маркиз так бессердечно причинил ей, потому что в этот миг она услышала его ответ:

— Уверяю вас, это было исключительно важно, бабушка. Я просил Линетт стать моей женой. И надеюсь, вы будете рады узнать, что она согласилась!

Несколько мгновений оглушительной тишины — и все заговорили разом. Графиня улыбнулась — сначала несмело, будто не веря своему счастью, затем широко, радостно, от души.

— О, Луис! — вымолвила наконец она. — Я так долго мечтала услышать эту новость! — И потянулась через стол, чтобы сжать руку Линетт в своей, и слеза медленно скатилась по прекрасной морщинистой щеке. — Линетт, дорогая, я так рада принять тебя в нашу семью, так искренне рада!

Взволнованный голос Вивьен перекрыл гул поздравлений:

— Я знала это! Я точно знала, что между вами что-то есть! Но почему ты мне сразу не сказала, Линетт?

Новоявленная невеста смущенно заморгала, слишком потрясенная, чтобы ответить, и вновь Луис взял огонь на себя:

— Мы хотели обратиться к отцу Линетт за благословением, прежде чем предать гласности нашу помолвку, Вивьен, вот в чем дело.

Клаудия издала какой-то хриплый звук, который вполне можно было принять за смех, если бы не тот факт, что ее лицо покрылось смертельной бледностью, а глаза засверкали зеленым яростным огнем.

— Вот уж не думала, Луис, что тебя посетит такая блажь — жениться! Ты же у нас непревзойденный мастер в искусстве избегать подобных условностей. — Она одарила Линетт лучезарной улыбкой, полной злобы. — Ума не приложу, что за чары пустила в ход эта маленькая английская мисс, чтобы победить твое отвращение к браку! — Ее презрительный взгляд ясно давал понять, что она, мягко говоря, не в восторге и сильно удивлена, что Линетт смогла достичь такого успеха.

Но к этому времени Вивьен, Жак, графиня и миссис Реддиш, соперничая друг с другом, осыпали Линетт и Луиса поздравлениями, каждый хотел расцеловать жениха и невесту, и колкое замечание Клаудии потонуло в волнах семейного веселья. Помятые до синяков плечи Линетт были выпущены наконец из тисков Луиса, и, оказавшись свободной, девушка, к своему облегчению, обнаружила, что может улыбаться в счастливые лица, окружавшие ее, хотя мозг все еще отказывался принять чудовищную ложь, которой она была вынуждена покориться. Кто-то потребовал шампанского, и оно было немедленно подано улыбающимся слугой — должно быть, он услышал новость, когда ожидал приказаний за дверью.