Потом, утром, бродила без дела по дому, чтобы не столкнуться за завтраком с Луисом, встававшим очень рано, и, добравшись, наконец, до столовой, обнаружила, что единственными обитателями ее были Вивьен и Жак, которые, сами того не ведая, сообщили ей хорошие новости.
— Доброе утро, Линетт! — приветствовала ее подруга. — Ты так долго спала! Луис уехал рано, собирался проверить, как идут дела на одной из плантаций, и, к несчастью, будет отсутствовать весь день. Я хотела разбудить Тебя, но он запретил. Ты, наверное, разочарована, chйrie?
Линетт вздохнула с облегчением. Она была в одном из своих новых платьев без рукавов, оттенка свежей зеленой листвы, что добавляло красочных бликов ее дымчато-серым глазам. После слов Вивьен омрачающая их вуаль беспокойства исчезла.
— Нет, вовсе нет! — поспешила она заверить подругу. — После волнений вчерашнего вечера я чувствую, что не способна ни на что большее, как только сидеть в саду и отдыхать.
— О, но мы с Жаком хотели взять тебя с собой поплавать, правда, милый? — Вивьен обратилась за поддержкой к жениху. — Устроим пикник на пляже и проведем там весь день.
Жак мужественно присоединился к приглашению, но его выдала счастливая улыбка, когда он понял, что Линетт непреклонна в своей решимости остаться дома. Она, в свою очередь, была бы рада их веселой компании, но не хотела лишать Жака хоть капли внимания его невесты. Полчаса спустя, махая рукой вслед влюбленным, она внезапно почувствовала острую зависть.
Они ушли, и Линетт печально побрела в библиотеку, взяла наугад книгу с полки, затем выскользнула в сад и выбрала скамейку, тенистый уют которой так и манил к себе. В саду была такая благодать, что девушка даже не стала открывать книгу и просто сидела, упиваясь красотой и безмятежностью природы. Цветы щедро напоили неподвижный воздух своим ароматом, маленькие птички перелетали с ветки на ветку, не обращая внимания на присутствие незнакомки, а музыка струй фонтана убаюкивала, принося с собой восхитительную негу и лень. Линетт закрыла глаза и позволила себе роскошь помечтать, вернувшись мысленно в тот, первый, вечер на Парадизе, когда все вокруг нее были друзьями и она чувствовала себя желанной гостьей в этом доме. Но то хрупкое счастье, как и нынешние приятные воспоминания о нем, были внезапно разбиты вдребезги зазвеневшим в ее ушах голосом Мерли.
— Как удачно, что я нашла тебя тут в одиночестве! — Это было сказано вместо приветствия. Мерли бесцеремонно плюхнулась рядом с Линетт на скамейку. — Теперь я задам тебе вопросы, которые приберегла именно для такого момента!
Сердце Линетт упало.






