ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Линетт по настоянию отца, финансового магната отправляется в кругосветное путешествие. Ее задача научиться вести себя в высшем обществе. Но в компании гламурных девиц и лощеных прожигателей жизни Лине... Райская птичка Маргарет Роум Глава 1 Коктейль-бар главного отеля Папеэта был заполнен нарядной щебечущей толпой. Здесь собрались в основном люди молодые, но попадались и элегантные мужчины и женщины пожилого возраста. Было время аперитива на управляемом Францией Таити, самом беззаботном острове во всем Тихом океане. Папеэт, его столица, недаром слыл центром веселья и развлечений. Яркий декор помещения бледнел перед блеском платьев, героически соперничавших одно с другим. Алые лепестки гибискуса терялись на фоне желтых лимонов, зеленая листва доблестно сражалась с густым океанским аквамарином, небесная голубизна терпела неудачу в попытке победить кислую остроту лайма. Пестрые длиннохвостые попугаи пронзительно кричали, их резкие, неприятные голоса терзали уши и казались неуместными здесь, как и сами птицы, лишними в этом море красок. Поэтому не было ничего удивительного в том, что, когда официант почтительно проводил двух новых посетителей к свободному столику, все взгляды с облегчением обратились в их сторону, чтобы немного отдохнуть на бледно-лиловом шифоне царственной пожилой леди, сопровождаемой высоким молодым человеком. Наступило минутное молчание, и в эту недолгую тишину как раз и упали слова Линетт Саутерн. Впоследствии она готова была отдать все свое годовое содержание, лишь бы забрать их назад, но в тот момент они выскочили, и ей пришлось закончить речь хотя бы для того, чтобы сохранить лицо. — Естественно, я голосую за брак с испытательным сроком! Если кто-то купил одежду и она ему не понравилась, можно вернуть ее назад. Почему же тогда наше современное общество терпит столь старомодную систему, заставляющую двух людей связывать себя браком на долгие годы то

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

«Как, — спрашивала она себя, — я смогу уехать и оставить здесь папу, преодолевшего в такой спешке сотни миль, чтобы быть рядом с мной?» Девушка печально раздумывала над этой дилеммой, и ей понадобилось несколько секунд, чтобы смысл того, что говорил отец, дошел до ее сознания. Как будто издали она услышала его голос.

— Да, — говорил мистер Саутерн Луису, — вы можете поблагодарить меня и Мерли за то, что мы привели Линетт, этого постреленка, в божеский вид! Год назад вы бы и не взглянули на нее, потому что она была не способна играть роль хозяйки даже в моем доме! — Он сделал паузу, достаточно долгую, чтобы просмаковать превосходное вино, и продолжил: — Знаете, моя дочурка была такой застенчивой и… как бы это сказать… несветской, совсем не от мира сего! Убегала со своими собаками из дому и часами бродила по холмам, предпочитая это развлечение обществу мужчин, которых я приглашал к ужину. Они вселяли в нее ужас, видите ли! Абсолютное отсутствие хитрости и совершенная наивность…

— В самом деле? — Синие глаза маркиза были, как всегда, непостижимыми.

— Не извольте сомневаться! — победоносно закивал Эдгар Саутерн. — А потом я уговорил Мерли взять шефство над моей девочкой. Идея заключалась в том, что мисс Сэттон должна была ввести Линетт в круг своих богатых друзей и обучить ее светским манерам во время кругосветного путешествия. Признаться, — Эдгар нахмурился и взглянул на дочь с сомнением, ясно читавшимся в его глазах, — не могу сказать, что вижу в ней много перемен к лучшему… Но полагаю, мне не на что жаловаться, раз она сумела заинтересовать такого мужчину, как вы!

Луис наклонил голову, и Линетт вздрогнула, как будто ее ударили. Она старалась не смотреть на маркиза, чувствуя, что если она это сделает, то увидит на его лице то же выражение, что и у Клаудии, — насмешливое презрение. Приняв наконец твердое решение сбежать с Винсом, девушка пробормотала что-то бессвязное и с пунцовым лицом бросилась вон из-за стола.

Добравшись до своей комнаты, Линетт упала ничком на кровать и дала волю слезам, которые сдерживала весь день. Душераздирающие рыдания заглушили стук в дверь, и, только услышав голос графини, зовущей ее по имени, она сдержала очередной всхлип и попыталась успокоиться.

— Минутку! — крикнула Линетт, поспешно вытирая льющиеся по щекам слезы, потом сделала глубокий вздох, повернула ключ в замке и открыла дверь.

— Линетт, бедное мое дитя! — воскликнула старая леди и заключила девушку в свои объятия.

Глаза Линетт вновь наполнились слезами, и хотя она отчаянно сдерживалась, не смогла помешать им хлынуть водопадом по еще мокрым щекам.