ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Каменный век и немного прогрессорства. Робинзоны Константин Георгиевич Калбазов Глава 1 Грохот подвески, скрежет, испуганный крик, сильный удар, звук сминаемого металла… И тишина. Нет, совсем тихо не было, вокруг слышались крики потревоженных птиц, какое-то животное ломанулось сквозь заросли, сопровождаемое треском ломаемых веток. Но в общем и целом никаких посторонних звуков. Дмитрий сумел удержаться, вцепившись мертвой хваткой в рулевое колесо, и даже не насадился на него грудью. Ценой этому были гудящие кисти и разом задеревеневшие от болезненной судороги руки и ноги, которыми он инстинктивно изо всех сил уперся в пол и педаль тормоза. Двигатель так же молчал, над капотом УАЗа поднималось облако пара, сопровождаемое характерным шипением, это либо какой патрубок лопнул, либо, что гораздо хуже, радиатору пришел абзац. Впрочем, долго размышлять над вопросом технического состояния автомобиля он не стал. Все это отмечалось как-то краем сознания, потому что первая и единственная мысль прострелившая мозг была о Ларисе. Именно на нее в первую очередь был обращен его взор, остальное фиксировалось как-то само собой. Что с ней!? Жива!? Девушка сидела в неудобной позе, привалившись на боковое стекло, по лбу стекала струйка крови. Мысленно безостановочно молясь и взывая к чуду, он с трудом разогнул пальцы и с не меньшими усилиями сумел распрямит руки, чтобы дотянуться до артерии на шее девушки. Отчего-то подумалось о том, что в нынешнем состоянии его пальцы ничего не почувствуют, однако ничего подобного, сквозь покалывание на подушечках, он явственно почувствовал частые и уверенные пульсирующие толчки. Как там оно, Бог весть, но девушка пока жива. Выскочить из машины, обежать ее и вытащить Ларису на траву, заняло не больше минуты. По мере того, как он это проделывал, его сердце все больше и больше переполнялось надеж

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ну да, запыхался малеха. Уж больно много всего на него нагружено. Но вот и мысли нет, что-то исключить из снаряжения. Нужно не думать как облегчить себе жизнь, а привыкать ходить нагруженным как мулл. А этим похоже хоть кол на голове чеши. Так только слегка стали дышать глубже. На местных можно пахать, причем в прямом смысле этого слова, дети природы, блин.

Все так же улыбаясь, охотник мотнул головой в бок, мол, пошли. Соловьев только согласно кивнул. Лишний раз на охоте разговаривать нельзя. Подумаешь, слишком мала вероятность, что они встретят хоть какую-то живность, охота она и есть охота, так что будь добр соответствуй.

Наконец подошли к тому месту, где им предстояло разойтись. Табук должен будет перейти на другую сторону большого оврага поросшего лесом, а потом они пройдут дальше, стараясь держаться подальше от края. Дойдя до его оконечности, встанут на номера. Сейчас с дичью совсем худо, так что ни о каком выслеживании не может быть и речи, только работать по площадям. Гарун и мальчишки, старшенькие Унка и Тынк, заслышав сигнал, пойдут по самой балке все время крича и нанося удары по стволам деревьев. Дмитрию не очень нравилась мысль, использовать ребят на охоте, все же предназначение у ребят должно быть иным, но с другой стороны, они должны были знать и премудрости охоты и случись должны суметь постоять за свой род.

Можно было посчитать, что они бездумно оставили без защиты лагерь, но это не так. Полуостров выгорожен высокой оградой. Спуск к озеру, где в него впадает ручей, тоже основательно перекрыт высоким плетнем, так что от хищников защита имеется. В крайнем случае, можно укрыться и в их доме. Реальная опасность могла исходить только от людей, но как только реки вставали, люди в дальние походы попросту не ходили, кружась вокруг своих поселков в надежде подстрелить какую живность. Обычно минимум треть охотников всегда остаются в стойбище, безопасность прежде всего. Но ведь у них нет никакого ограждения и хищники по сути имеют свободный доступ.

Дмитрий глянул на то, как все разбегаются по своим местам. Вот же. Вроде это он показал им что такое лыжи и даже учил их на них ходить, а сам безнадежно от них отстал. С другой стороны, а чего собственно ты ожидал, если они в отличии от тебя постоянно в этом практикуются. Ладно, некогда предаваться размышлениям, нужно идти на свой номер, да еще и вверх по склону. Хорошо вспомнил, что охотники в тайге подбивают лыжи лосиной шкурой, хотя бы назад не скользят.

Встал на номер, глянул на противоположный край. Сейчас листвы нет, так что видимость вполне приемлема, во всяком случае сумел рассмотреть Табука, который уже успел заскучать, поджидая его. Плохо. Тут ведь как.