Как страховка, утолят голод своими собратьями и оставят их в покое.
— Значит так. Лыжи оставляем внизу, все лезут на деревья. Не забудьте привязаться, чтобы случайно не упасть. Когда волки подойдут, будем бить по ним стрелами.
Ага-а! Получил фашист гранату! Знай наших, йошки матрешки. Дмитрий не без удовольствия наблюдал за физиономией Табука. Но тот быстро взял себя в руки, и на его лице появилось выражение, которое можно было перевести как — ну-ну, поглядим, что из этого выйдет. Однако это уже просто защитная реакция и не более, он прекрасно осознает, что задумка должна сработать, иначе нипочем не согласился бы. Тут ведь как, просто попробовать не получится. Либо выгорит, либо можно прощаться с этим бренным миром. Не съедят, так на дереве концы отдашь. Что же касается Дмитрия, он не собирался играть в фаталиста, он был просто уверен, что затея непременно получится. Это у аборигенов отношение к смерти, как к чему-то неизбежному и всегда находящемуся рядом, он настолько местным еще не стал. Вот Вейн, тот другое дело, но только не он.
Не прошло и двух минут, как пятеро охотников взобрались на деревья. Расположились они достаточно высоко, чтобы до них не допрыгнул самый прыгучий волк, но и не так чтобы очень, так как это могло стать проблемой при стрельбе.
Угнездившись с возможными удобствами и привязавшись к стволу, не туго, так чтобы и движения не особо стесняло, но и случись, не позволило свалиться, Дмитрий осмотрелся. Нормально. Все на деревьях, выбрали вполне надежные ветви, так чтобы с запасом, а то на морозе, деревья становятся куда более хрупкими. К встрече готовы.
Те кто перевел охотников в разряд дичи появились очень скоро. Вернее появилась только пара волков. Как ни странно, но людей они заметили сразу. Впрочем, чего странного, это у человека обоняние практически атрофировалось, а у этих зверюг, с ним все в порядке, да тут еще и такой стимул как голод, очень способствует обострению всех чувств. Двое хищников, с подведенным брюхом, тут же остановились и задрав морды издали такой вой, что Дмитрий тут же осознал все значение выражения — кровь стынет в жилах. До этого он даже позабыл про холод, так как адреналин очень даже способствовал, разогреву крови. А вот едва услышал этот вой, так не только мороз пробежал по всему телу, так еще и вздрогнул, едва арбалет не выронил. Вой как-то неуловимо отличался от прежнего. Хищники словно обозначали, что обнаружили дичь. Вот не охотник ни разу и волчий вой только из телевизора слышал, но сразу определил. Эка ребятки вы есть-то как хотите. Простите, все понимаю, но не сейчас.
— Никому не стрелять! — Это он вовремя, потому как все дружно вскинули свое оружие, до цели метров тридцать. Ладно еще мужики, но пацаны-то куда? — Бить только когда они подойдут под деревья.






