ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Каменный век и немного прогрессорства. Робинзоны Константин Георгиевич Калбазов Глава 1 Грохот подвески, скрежет, испуганный крик, сильный удар, звук сминаемого металла… И тишина. Нет, совсем тихо не было, вокруг слышались крики потревоженных птиц, какое-то животное ломанулось сквозь заросли, сопровождаемое треском ломаемых веток. Но в общем и целом никаких посторонних звуков. Дмитрий сумел удержаться, вцепившись мертвой хваткой в рулевое колесо, и даже не насадился на него грудью. Ценой этому были гудящие кисти и разом задеревеневшие от болезненной судороги руки и ноги, которыми он инстинктивно изо всех сил уперся в пол и педаль тормоза. Двигатель так же молчал, над капотом УАЗа поднималось облако пара, сопровождаемое характерным шипением, это либо какой патрубок лопнул, либо, что гораздо хуже, радиатору пришел абзац. Впрочем, долго размышлять над вопросом технического состояния автомобиля он не стал. Все это отмечалось как-то краем сознания, потому что первая и единственная мысль прострелившая мозг была о Ларисе. Именно на нее в первую очередь был обращен его взор, остальное фиксировалось как-то само собой. Что с ней!? Жива!? Девушка сидела в неудобной позе, привалившись на боковое стекло, по лбу стекала струйка крови. Мысленно безостановочно молясь и взывая к чуду, он с трудом разогнул пальцы и с не меньшими усилиями сумел распрямит руки, чтобы дотянуться до артерии на шее девушки. Отчего-то подумалось о том, что в нынешнем состоянии его пальцы ничего не почувствуют, однако ничего подобного, сквозь покалывание на подушечках, он явственно почувствовал частые и уверенные пульсирующие толчки. Как там оно, Бог весть, но девушка пока жива. Выскочить из машины, обежать ее и вытащить Ларису на траву, заняло не больше минуты. По мере того, как он это проделывал, его сердце все больше и больше переполнялось надеж

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Второй из хитромудрых среагировал за мгновение до того, как выпущенный Дмитрием болт угодил в него. Разжав челюсти, он отскочил в сторону, и снаряд ударил в снег. Едва это произошло, как он вновь вцепился в шкуру убитого товарища, волоча его в сторону.

Значит так. Ладно. Зверь снова в прицеле, на этот раз он целится в заднюю ногу. Хлоп! Оппа! Сюрприз. Хитрец снова отскочил, да только вместо того, чтобы угодить в заднюю ногу, болт впивается ему в ребра. Оно конечно ты зверь хитрый, да только человек он зараза куда коварнее и умнее.

Дмитрий осмотрелся. Красота. Порядка двух десятков хищников лежит на земле, некоторые ранены, а вот здоровых не наблюдается. Что это? Они положили всю стаю? Сомнительно. Ему казалось, что волков куда как больше. Все хищники, что попали в его сектор, лежат и только двое из них подают признаки жизни. Что там происходило у товарищей ему было не видно.

— Где другие?

— Убежали, — махнув в сторону уреза оврага, ответил Табук.

— Сколько их?

— Сколько пальцев на руках, может больше.

В ответ на его слова, из оврага послышалось рычание, визг, полный боли и отчаяния. Очень похоже на то, что он слышал еще недавно и совсем рядом. Судя по звукам они только что добили как минимум двоих. Теперь оттуда слышится грызня. Ясно, рвут на части и каждый старается урвать кусок побольше. Плохо. Утянуть-то им никого не позволили, да только как видно раненные сами себя вынесли для стаи. Теперь они имеют возможность подкрепиться, а там кто знает… Может уйдут, может останутся, но в любом случае силы свои подкрепят и если решат остаться…

— Табук, они уйдут?

— Зачем? Дичи нет. А тут много мяса. Надо только подождать.

— Ясно. Унка, Тынк сидите на месте. Табук, Гарун, вниз. Быстро.

Говоря это, он уже развязывается. Десяток волков это не три десятка, так что шанс есть. Так арбалет побоку. Может ребятам отдать? Нет смысла. Им нипочем его не взвести. А вот ружьишко в руки, и картечные заряды в стволы. Два патрона в рот, так сподручнее. С латунными гильзами так забавляться на морозе не рекомендуется, а с пластиком очень даже можно.

Ага, охотники все прекрасно поняли. Сейчас только атаковать, и никак иначе. А то начнут голосить на всю округу, глядишь и еще какая стая прибежит на огонек. Огонь! Успокойся, когда стая голодная, то огонь ее не отпугнет. А может и отпугнет, но это только ночью. Или без разницы? Плевать. Табук про такую возможность даже не вспомнил, значит голодная стая живет совсем по другим правилам.

Держа оружие наизготовку, они подошли к краю оврага. Пиршество было в самом разгаре. Остатки стаи около десятка волков в настоящий момент были увлечены поеданием своих товарищей и грызней между собой за больший кусок. Отрывая куски плоти, они глотали их, даже не пережевывая. Казалось, засевшие на деревьях люди позабыты напрочь.