Всех нас украли и теперь мы тут сидим, как куры в курятнике — в лапшу этим уродам. Правда — они предпочитают жрать сырьём. Нарезают полосками и жрут. Тут было человек семьдесят, осталось нас десять. Скоро и наш черёд. Они раз в десять дней берут три-четыре человека, разделывают и жрут. Прямо перед нами. А то, что не сожрут — нам варят. И мы жрём. Вишь, какие все сытые да жирные — они любят мягкое мясо. С салом. Тебя вот откормят — тощ больно, и тоже сожрут. И не думай — отсюда выхода нет — только гавном из их задов. Давай, отдыхай, спи, скоро принесут нам похлёбку из ног тех, кого сожрали на прошлой неделе, будешь наедать ряху.
— Ты сам-то понимаешь, что говоришь? Неужели ты жрёшь тех, с кем тут сидел?
— Жру, а чего — жрать-то охота. И ты будешь жрать — иначе они тебя будут вначале бить кнутом, а потом будут просто вливать тебе суп из ног, или сисек — ну вот той, к примеру, девки. Он криво ухмыльнулся и показал на упитанную молодую бабу, тупо смотревшую в потолок, лёжа на спине и раздвинув ноги, потом пододвинулся к бабе, залез на неё и стал деловито совокупляться, не обращая внимания на остальных. Кончив, отвалился в сторону и захрапел. Баба же, как лежала так и осталась лежать, только повернулась к стене лицом.
Влад стал лихорадочно обдумывать ситуацию: 'Жрать этих придурков, а тем паче быть сожранным не входит в мои ближайшие планы. Значит — нужно как то выбираться. Магии нет. Вернее — почти нет. Надо выбираться из клетки. Как? Ну как — они же вытаскивают людей для еды — вот и значит, что клетка открывается. Они знают умения и силы людей, меня они не знают. Когда начнут вытаскивать — бить их и уходить'
Он откинулся к стене и закрыл глаза. За прутьями клетки послышались шаги, какой-то звон — возле клетки метался непонятный тип из ящеролюдей. Он что то вопил, шипел, его жёлтые, с вертикальными зрачками глаза как будто светились. Он что то говорил в сторону пленников, и Влад, неожиданно, стал разбирать слова:
— О великая пища! О боги! Мы принесём вам в жертву вкусную пищу, к которой вы привыкли, но которой были лишены долгое время! Прими нашу жертву!
Влад неожиданно для себя вдруг выпалил, на языке ящеролюдей:
— Ты, придурок, не мешай отдыхать, урод!
Ящерочеловек поперхнулся, замолчал, потом стал внимательно рассматривать пленника и зашипел:
— Ты знаешь наш язык, пища? Откуда знаешь? Как ты можешь говорить на священном языке, ты жалкое мясо?!
— Уж не жальче тебя, ящерица!
Жрец ящеролюдей впился взглядом во Влада, и тот почувствовал, как в его мозг пытаются погрузиться холодные щупальца. Он перекрыл доступ к своему сознанию, а потом резким ударом выкинул ящеролюда из головы. Тот пошатнулся, чуть не упал, резко повернулся и убежал в проём пещеры.






