ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ксанта Леженда и ее друг, бывший морпех Денис Кузнец, прибыли в Чернобыльскую Зону отчуждения, чтобы разыскать брата Ксанты, сталкера Мута, бесследно исчезнувшего в районе Четвертого энергоблока ат... Клеймо зоны Василий Орехов Глава 1 — Медленнее! Двигайся медленно и трагично, салага. Представь, что ты с глубокого похмелья. Молодой сталкер в потертом защитном комбинезоне обреченно оглянулся через плечо, зыркнул угрюмо и осторожно ступил вперед. — Еще шаг — и стоп! Не рыпайся пока. Отдохни. Парня звали Рентген. Хвастался, что любого человека насквозь видит, страшно любил толкнуть под стакан прозрачного умную речь, что-нибудь про социальную структуру, общественный договор, пирамиду Маслоу и так далее. С образованием, в общем, салажонок попался — а может, просто тупо выпендривался. Начинал обычно так: «Ну, людей-то я хорошо знаю, успел изучить…» Так и стал Рентгеном. Вроде даже фамилия у него оказалась подходящая: то ли Лучевой, то ли Просветов. Сталкер замер в неустойчивой позе у старой железнодорожной насыпи. Тяжелый армейский ботинок вдавил в грязь несколько кусков щебенки — стоять на наклонной поверхности было неудобно, ребристая подошва понемногу сползала, но Рентген благоразумно не шевелился, ожидая следующей команды от ведущего. Рельсовая ветка тянулась через всю Свалку, Дикие земли и край Милитари к небольшому депо возле атомной станции. Узкоколейку построили перед закладкой ЧАЭС — возить стройматериалы. После первой аварии заброшенный путь отремонтировали, и списанный тепловоз, экранированный свинцовыми плитами, таскал к растущей громаде Саркофага цемент и песок. Ведущему группы эта железка никогда не нравилась. Ближе к городу она становилась смертельно опасной: вокруг нее скапливалась бесцветная кислотная мерзость, которую научники считали дальней родственницей студню. Но здесь, у южного края Янтарного озера, дорога не первый месяц считалась безопасной — относ

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Обернувшись — очень, очень медленно, как и было предписано, — парень дрогнул. Физиономия его от ужаса побледнела столь стремительно, словно температура вокруг разом упала на несколько десятков градусов.

Неподалеку от Рентгена в воздухе висел кусок гравия. Один из тех камешков, что бросил глупый молокосос, замер в полутора метрах над землей. Остальные уже давно раскатились по траве, а этот вот чего-то замешкался.

— Ч-чего… это? — только и сумел выдавить молодой.

— Засохни, плесень!..

Камешек как будто только и ждал, чтобы все обратили на него внимание. Он тут же начал падать — неторопливо, словно капля густого меда, тянущаяся с ложки. Ему потребовалось не меньше полуминуты, чтобы коснуться земли, и все это время группа сталкеров зачарованно наблюдала за ним. Наконец камень упал и лениво покатился по рыжей траве — совершенно беззвучно и уже с нормальной скоростью. За спиной глухо щелкнуло — возникло такое ощущение, будто где-то совсем рядом невидимка неумело передернул автоматный затвор. Ведомые нервно дернулись на звук, Хемуль быстро оглянулся и снова уставился на камень, беззвучно шевеля губами, словно решая в уме сложную головоломку. С такой штукой он столкнулся впервые.

— Почувствуешь боль или жар — падай на спину, — отрывисто скомандовал ведущий. — Сразу. Не вздумай шевелить мозгами, понял? У тебя их все равно нет. Про рельс — забудь, нет его.

Рентген с трудом кивнул. Прошептал:

— Не чувствую. Все… все нормально…

Нет, все-таки не зря Хемуль не доверял железной дороге. Неспроста она тут лежит столько лет, а рельсы даже не потемнели. Опять Зона пошутила, а чувство юмора у нее весьма своеобразное.

Лучше было бы обойти подозрительную железнодорожную ветку. Да вот только выбора особого нет. Ломиться через Агропром категорически стрёмно, туда в последнее время опасно часто захаживают химеры, а на маршруте — прорва ловушек после недавнего выброса. И через Свалку огибать мало удовольствия: утром какие-то отморозки устроили на Периметре настоящую войну, и теперь голубые каски стоят на ушах, усилив патрулирование до предела. Нагнали бронетехники, вертолеты носятся, как пчелы над клевером. Говорят, кто-то из солидных засранцев — то ли «Долг», то ли «Свобода» — устроил очередной масштабный прорыв Периметра с боем курантов и фейерверками: перебрасывали за первую линию обороны оружие, бойцов и припасы. Давно уже такого шума не было.

А группа дяденьки Хемуля возвращается с неплохим хабаром, собственностью клана, между прочим, давно проплаченной заказчиками. И деньги уже давно пропиты. В такой ситуации в лапы к натовцам полезет только окончательный идиот.