ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Все в его жизни было предусмотрено и предсказуемо. Но внезапно ровный ход его жизни был прерван. Кто-то решил нарушить установленный им порядок. Что-то в его жизни стало происходить - незапланированное и непредусмотренное… Кто-то вторгся в его жизнь, нарушил ее конфиденциальность, ее стабильность и размеренность. Он чувствовал, что за ним наблюдают. Появился некто, чье присутствие он с недавних пор стал явственно ощущать. За спиной – когда шел по длинному коридору своего офиса или направлялся к машине после рабочего дня, за окном – когда ужинал в любимом ресторане, среди деревьев – когда подъезжал к дому, на том конце провода – когда поднимал телефонную трубку. ТАЙНА Часть первая Максим Сейчас он уже и не помнил, с чего все началось. Сначала это было что-то незаметное, подспудное, скрытое за пеленой обыденности, еле уловимое, почти неощущаемое, вроде назойливой и еще только предчувствуемой зубной боли, что-то неприятное, тревожащее. Он чувствовал чье-то незримое, но все более явственное присутствие, чьи-то взгляды – пристальные, неотступные, чьи-то шаги за спиной – еле слышные, но все более отчетливые. Он часто останавливался, оборачивался, всматривался в лица прохожих. Но это были равнодушные лица усталых, спешащих по своим делам людей, безразличных ко всему, что не входило в круг их привычных повседневных забот. И только раз среди этой толпы, он отчетливо увидел направленный на него взгляд. Он рванулся к нему, расталкивая прохожих, стараясь не упустить, настичь эти глаза, но вокруг снова были безучастные пустые лица… Долго потом чудился ему этот взгляд, казалось, что темные, почти черные глаза неотступно следят за ним. Он помнил только эти глаза. Ни лица, ни фигуры

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он обернулся, и она увидела близко его глаза – такие же испуганные, какие были у той девушки в тайге, и так же как тогда, она опустила руку с камнем быстро, чуть с выпадом, как учил Георгий Иванович.

И это был еще один человек, который не имел отношения к тому, что произошло с папой, но который встал на ее пути, который мог помешать в достижении цели, поставленной ею, и, не задумываясь, она устранила это препятствие.

Позже она рассказала мне, что не в первый раз ей пришлось устранить человека, который стал преградой на ее пути. Правда, в тот первый раз ей просто помог случай. Она в очередной раз получала перевод от Арсеньева, и заметила, что за ней следят. Она узнала в молодом мужчине, прячущим глаза под темными очками, шофера Виктора Борисовича. Весь день он преследовал ее. Поздно вечером она вышла из кафе, в котором просидела за столиком, покрытом клетчатой скатеркой, больше часа, потягивая остывший кофе, и чувствуя спиной внимательный сверлящий взгляд, села в машину и погнала по ночному шоссе с огромной скоростью. Он преследовал ее – долго, неотступно… Шел сильный дождь, и несколько раз Алене казалось, что машина просто не выдержит этой бешенной скорости, этого скользкого как лед, сверкающего от воды, льющейся с неба потоком, асфальта. Несколько раз ей казалось, что все кончено, что она сейчас разобьется. И вдруг она услышала за спиной страшный скрежет, визг тормозов, глухой удар… Она остановила машину, вышла, и, не замечая того, что дождь струйками стекает по ее лицу и одежде, смотрела издали, как загорелась, и тут же погасла, занимаясь клубами сизого дыма, быстро тающего в мокром воздухе, груда искореженного железа. Может быть, он был еще жив? Но это уже не тревожило ее, она знала - больше он не помешает ей.

А в тот вечер, когда упала люстра, я, снедаемая беспокойством за нее и, как бы я не хотела скрыть это от самой себя, за Максима, пошла в парк. Долго ходила в сумерках, ждала… Он обернулся на мой голос, и снова за его напускным равнодушием и холодностью, я увидела, что он рад мне, что взволнован нашей встречей. Я привела его домой, Алена давно говорила мне об этом: «Это сделает его более ручным».

Мне даже удалось вывести его на разговор о прошлом, так велела Алена. Она говорила, что ей важно знать, чувствуют ли они свою вину. Не знаю только, как могло повлиять это на ее решение уничтожить их. Он начал говорить о прошлом, но потом замолчал. Помрачнел, замкнулся в себе. Неужели он все-таки вспоминает, мучается угрызениями совести? Может быть, Алена не совсем права, когда говорит, что они обо всем забыли и живут, как ни в чем не бывало?

Я была настолько лицемерной, что Алена, если бы могла видеть меня, очень удивилась бы. Я делал все так, как она говорила.