ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

История умственно отсталого юноши, рассказанная им самим на страницах этой книги, является воплощением мифа об «американской мечте» и одновременно острой сатирой на американское общество второй полови... Форрест Гамп Уинстон Грум 1 Скажу так: жизнь идиота — не сахар. Люди сначала смеются, потом раздражаются, и начинают плохо относится к тебе. Говорят, нынче к увечным должны с добром, так скажу вам прямо — не всегда это так. А я-то вообще не жалуюсь, жизня у меня и так наполненная смыслом, так сказать. Идиот я с самого рождения. У меня IQ ниже семидесяти, так что ошибки быть не может. Может, я скорее неполноценный, или дебил, но скажу вам так — сам себя я считаю полудурком. Ладно, тут главное — что не идиот. Когда говорят — идиот — так чаще представляют себе «монгольского идиота», ну, такого, у кого глаза косят, как у китаезы, и который на людях сам с собой развлекается… В общем, мыслю я не слишком шибко, хотя и поумнее, чем кое-кто думает. Потому что в мозгу у меня все не так происходит, как им снаружи видится. Например, понимаю-то я все хорошо, а вот когда доходит дело до сказать, так тут я швах. Ну вот например… Иду я как-то по улице, а один мужик во дворе копается. У него полно кустов, чтобы сажать, он мне и говорит: «Форрест, денег хочешь заколотить?» А я отвечаю: «Угу!» Ну, он мне велит землю лопатить, мусор таскать. Грязи одной было тачек десять или двенадцать, а жара стояла страшная, и вот их таскай. Кончил я, а он лезет в карман и вынимает доллар. Мне бы ему скандал закатить за такую плату, а я что? Взял этот доллар и сказал еще «спасибо», или что-то еще промямлил. И побрел по улице, подбрасывая этот вонючий доллар на ладони, прям как идиот. В общем, ясно? Да, про идиотов я ведь много чего знаю. Наверно, только про них-то я и знаю, потому что о них я все прочитал. Ну, и про этого парня Доустоуеуски, про его идиота, и про шута короля Лира, и про фолкнеровского

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я как раз играл «Проезжая по Новому Орлеану», а этот парень смотрит на меня и даже не улыбается, только в глазах его какие-то странные огоньки, и что-то они мне напоминают. Поднимаю я глаза, а впереди слушателей стоит дама — и как я ее увидел, так чуть в обморок не упал.

Потому что это была Дженни Керран.

Прическа у нее была кудряшками, и она как-то постарела и выглядела уставшей, но это была настоящая Дженни! Я так удивился, что сфальшивил на гармонике, а как только песня кончилась, Дженни подходит и берет мальчугана за руку.

Глаза у нее просияли, и она говорит:

— Ах, Форрест, я сразу поняла, что это ты, как только услышала гармонику! Никто не играет на гармонике лучше тебя.

— Что ты тут делаешь? — говорю я.

— Мы тут живем, — говорит она. — Дональд — помощник коммерческого директора в фирме, продающей черепицу. Мы тут уже почти три года живем.

Так как играть я перестал, то толпа рассеялась, и Дженни села на скамью рядом со мной. Мальчик принялся дразнить Сью, а Сью, он стал его смешить, ходя колесом.

— Почему ты тут играешь? — говорит Дженни. — Мама написала мне, что ты основал крупный бизнес в Заливе Ла Батр, и стал миллионером.

— Это длинная история, — говорю я.

— Но у тебя все в порядке, Форрест, тебе не нужна помощь? — спрашивает она.

— Нет, пока нет, — говорю я. — Ну, а как ты? У тебя все в порядке?

— Ну, как посмотреть, — говорит она. — Мне кажется, я получила все, чего хотела.

— Это твой сын? — спрашиваю я.

— Ага, — отвечает она. — Правда, милый?

— Да. А как ты его назвала?

— Форрест.

— Форрест? — удивился я. — Ты назвала его в мою честь?

— Ну а что мне оставалось, — как-то тихо отвечает она. — В конце концов, ведь он наполовину твой.

— Наполовину что?!

— Это твой сын, Форрест.

— Мой что?

— Твой сын, маленький Форрест. — Я оглянулся на него — Сью делал стойку на руках, а он хихикал и хлопал в ладоши.

— Наверно, я должна была сказать тебе раньше, — говорит Дженни, — но видишь ли, когда я уехала из Индианаполиса, я была беременна. Почему-то мне не хотелось тебе тогда говорить это. Ну, как-то я себя чувствовала не в своей тарелке из-за того, что ты выступал как «Дурачок», а у меня тут от тебя ребенок. В общем, я волновалась, каким-то он станет.

— То есть, не родится ли он идиотом?

— Ну в общем да, — говорит она. — Но Форрест, посмотри сам — он же не идиот! Он такой умный! В этом году идет во второй класс, а в прошлом году учился на одни пятерки. Правда, здорово?

— Ты уверена, что он мой сын? — спрашиваю я.

— Никаких сомнений, — говорит она. — Он говорит, когда вырасту, стану футболистом или космонавтом.

Я посмотрел на мальчишку — какой замечательный парень! Какие у него светлые глаза! Они со Сью играли в крестики-нолики в пыли.

— Ну, — говорю я, — а что же твой, эээ…

— Дональд? Он о тебе ничего не знает.