Сжав зубы егерь терпел боль и мучения его прекратились только когда они подъехали к воротам города. Староста не обманул, его родственник принял лошадей и помог им по одному пройти в порт.
Во всех городах есть местные жители, что знают короткие пути неконтролируемые властями. Поэтому егери беспрепятственно погрузились на отплывающий корабль. Капитан услышав какую сумму ему предлагают пассажиры, немедленно отдал команду готовиться к отплытию. Волкер не сомневался что у хортов проблем с деньгами не возникнет, но его беспокоила одна мысль с которой он собирался поделиться с Селестой и Перси. И пока она вместе с хронистом осматривала каюты выделенные им, Волкер сходил к капитану судна и позаимствовал бутылочку хорошего вина.
— Что-то я раньше не замечала в тебе особую тягу к горячительным напиткам, — удивилась Селеста.
— Да у меня и сейчас особой тяги не проснулось, но у меня есть повод и без этого не обойтись, — поставил он на стол бутылку и три кружки.
— А на разговоры тебя потянуло наверное после того, как ты приложился к бутылке, — предположила она намекая на открытый сосуд.
— Мне надо было убедиться в том, что капитан мне дал приличное вино, а не ту дрянь что пьют его матросы, — оправдался Волкер за открытую бутылку.
Разлив вино по кружкам он дождался пока его оценят Селеста с хронистом.
— Ну, что я могу тебе сказать, — решилась она поведать о своих ощущениях. — Дегустатор из тебя никакой, я удивляюсь как ты “это”, мог назвать вином. Думаю им можно с большим успехом морить клопов.
— Вино здесь нипричем, — очень серьезно произнес Перси ставя кружку на стол.
Сразу после его слов Селеста и он упали на пол.
— У меня не было другого выхода, — тихо произнес Волкер ставя на стол свою кружку из которой он так и не отведал вина.
Уложив их на постель, Волкер встретился со злобным взглядом Селесты, в глазах хрониста читались горечь и печаль. У егеря сжалось сердце, но он должен был сделать то, что задумал. Несмотря на то, что о нем подумает любимая женщина и человек который без преувеличения стал для Волкера отцом.
— Мы слишком долго путешествовали вместе с Перси и я невольно узнал о снадобьях хрониста немного больше, чем мне было положено, — опустив голову произнес Волкер, стоя напротив кровати где лежали Селеста с хронистом. — Я разбавил вино зельем, оно парализовало вас, но оставило в сознании. Перси боюсь уже догадался почему я так поступил, а перед тобой мне придется объясниться. Вы отправляетесь в земли хортов, я остаюсь. Кресс от нас не отстанет и я не хочу чтобы вы пострадали. Через пять часов оцепенение пройдет, но к этому времени вы уже будете далеко от берега. Не поступи я так, вы бы отправились со мной, а я этого не хочу.






