— Но Трэвис? То, как он поступил?
Лили покачала головой.
— Он ничего мне не сделал. Мы оба участвовали в этой показной церемонии, и она ничего не значила. Мы просто хорошо проводили время в Италии.
Ее слова звучали как тяжелые капли грозового дождя, и Люк увидел, сколь трудно Лили выглядеть беззаботной после того, что устроил его брат.
Она взяла его под руку и спустилась по ступенькам.
— Давай вернемся на площадь. Сегодня здесь будет грандиозная вечеринка. Если я не ошибаюсь, я ее главная участница.
Люк повиновался, но когда искоса посмотрел на нее, то понял, насколько она оскорблена в лучших чувствах. Он знал, что надо дать ей время, после чего она поведает ему о своих печалях и ей станет легче.
Однако при всем этом Люк не мог не признать, что Лили сильно изменилась. Она больше не демонстрировала слабость, хотя он никогда и не считал ее слабой. Она внутренне преобразилась, оставаясь заботливой и терпеливой, но теперь в ней появилось то внутреннее спокойствие, которое притягивало взгляды.
Люк был обескуражен. Он всегда полагал, что знает ее лучше, чем других. Он убеждал себя в том, что еще не отошел от долгого перелета и что-то выдумывает. Может, завтра у него будет совсем другое впечатление. Ему надо вернуться к нормальному режиму, перекусить немного и как следует выспаться, а там будет видно.
Джаника приблизилась к Трэвису. Сцепив зубы, она произнесла:
— Ты самый подлый и грязный. Как ты посмел поставить мою сестру в такое положение?! Если бы мы были одни, я бы тебе глаза выцарапала.
Трэвис отступил на шаг в испуге, едва не упав, когда натолкнулся на пару танцующих. Какого черта он так себя повел? Что он теперь скажет Джанике? Еще хуже то, что он совершенно не представлял, что скажет Лили.
Эта церемония была не пустым звуком для Трэвиса, как бы он ни притворялся. Если он правильно все понял, их только что объявили мужем и женой.
Джаника ткнула ему пальцем в грудь.
— Ты даже не скажешь что-нибудь в свое оправдание?
Трэвис кивнул, пытаясь понять, в каком направлении теперь ему надо двигаться.
— Я знаю, что должен объясниться. Но только я буду это делать перед Лили, и ни перед кем другим.
Он посмотрел через плечо, увидев издалека Люка и Лили, которые пересекали площадь.
Джаника скрестила руки на груди и сказала:
— Я надеюсь, что ты сможешь загладить свою вину. Иначе, клянусь, я сумею превратить твою жизнь в кромешный ад.
Трэвис затаил дыхание, пока Люк и Лили приближались. Конечно, он не сомневался, что такая, как Джаника, сумеет выполнить свое обещание. Однако сейчас его больше волновало то, как отреагирует на его извинения Лили. Джаника, эта маленькая дьяволица, готовая запустить в него свои когти, пугала его в гораздо меньшей степени.
Он не мог устоять на месте, поэтому рванул им навстречу.






