ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Лили никогда не любила себя, даже отражение в зеркале огорчало ее: оно совершенно не походило на иллюстрации в модных журналах. Она была уверена, что никто и никогда ее не полюбит, что такие женщины,... Будь моей Бэлла Андре Глава 1 — Я? Моделью? Ты, наверное, смеешься? Нижняя губа Джаники Эллис предательски задрожала. — Прошу тебя, Лили. У Сони проблемы с желудком. А она была моей единственной моделью для демонстрации одежды больших размеров. На тебя вся надежда. Махнув в сторону ярких смелых платьев, висевших на плечиках, она добавила: — Это ведь не простой день. Сегодня мое первое большое шоу, и в зале сидят потенциальные покупатели. Тебе надо выйти и показать всего одно платье. Ради меня. При других обстоятельствах Лили Эллис сделала бы что угодно ради сестры. Но в данном случае «что угодно» подразумевало демонстрацию ее вовсе не модельных параметров (все-таки она носила шестнадцатый размер), да еще под ослепляющими лучами прожекторов, да еще она должна была пройти по подиуму на высоченных шпильках. Она живо представила, как по аудитории проносится шепот неодобрения: «Что эта корова делает на шоу?» Да она в обморок упадет от унижения! Она и так ощутила себя не в своей тарелке среди этой тусовки, состоящей в основном из дизайнеров и художников. Пройти два квартала от парковки к Москон-Центр, который находился в южном Сан-Франциско, Лили было достаточно, чтобы ощутить себя так, словно на груди у нее пришпилена вывеска «Со мной скучно». Она энергично замотала головой и невольно повысила голос, перекрывая гул за кулисами подиума, где оживленно болтали визажисты, модели и дизайнеры. — Я пришла посидеть среди публики и поаплодировать твоим невообразимым нарядам, а не для того, чтобы появиться в обтягивающем прозрачном платье, в котором я буду похожа на хромающего слона. Однако спустя несколько минут Лили всерьез озадачилась: «Чего это вдруг меня закалывают со всех сторо

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Нет слов, чтобы исправить то, что я натворил вчера. Я больше всего на свете хочу повернуть время вспять. Все было бы иначе. Я не подумал… Я был не прав.

Теперь Лили не скрывала слез. Они катились градом, и он торопливо продолжил:

— Ты самое важное, что есть в моей жизни. Для меня не имеет значения, сколько усилий мне придется приложить, что мне придется преодолеть, но я знаю точно, что я сделаю это, чтобы вновь завоевать твое доверие. Ты этого стоишь. Прошу тебя, если в твоей душе есть уголок для меня, прости меня и согласись стать моей женой.

Лили была на грани обморока.

Она закрылась от реальности. Мужчина, которого она обожала всю жизнь, которого боготворила, делал ей предложение, преклонив колено и произнося самые романтические слова на свете. Она бы любила его вопреки его недостаткам, вопреки обстоятельствам.

Он умолял ее выйти за него замуж.

Глупая и наивная, какой Лили была все время, она верила в то, что предложение должно звучать именно так. Она хотела, чтобы в ее жизни появился рыцарь на белом коне. Она хотела, чтобы Трэвис поскорее заключил ее в свои объятия. Если бы только она могла стереть из памяти последние двадцать четыре часа, перемотать пленку, то ему бы не пришлось извиняться.

На лице Трэвиса были написаны все чувства, которые обуревали его. Интуиция подсказывала Лили смотреть в его сердце: «Разве он не изменился? Разве он не сделал все, чтобы загладить свою вину? Почему ты отрицаешь то, что он самый важный человек в твоей жизни?»

Лили хотела Трэвиса. Она не могла бы его отвергнуть. Ни за что.

В ее сердце словно прорвало плотину. Лили сидела на его коленях и страстно целовала его.

— Трэвис, я люблю тебя.

Она повторяла это снова и снова, пока ее слезы не смешались с его слезами.

— Ты плачешь, — сказала она, потянувшись рукой к его лицу.

Он трогал ее губы и щеки, надавливая подушечкой большого пальца мягкую персиковую кожу, не веря в то, что ему только что даровали прощение.

Он поцеловал ее.

— Ты выйдешь за меня? — спросил он тихо, и она кивнула в ответ.

— Да, Трэвис, — сказала она, и ее слова прозвучали еле слышно. — Я хочу быть твоей женой, я хочу, чтобы ты был моим мужем.

Трэвис протянул руку, и вот кольцо уже скользнуло на палец Лили.

— Ты моя навсегда, навсегда, — сказал он.

Она с восхищением смотрела на кольцо.

— Это самое красивое кольцо, которое мне только доводилось видеть, Трэвис. Где ты его нашел?

Он поднялся на ноги, помогая Лили. Крепко обняв ее, он сказал:

— Это секрет, который останется известен только мне и Джузеппе.

В это время вернулся торговец с бутылкой шампанского и двумя бокалами.

— Я вижу, нам есть что отметить.

На его лице сияла улыбка.

— Да, вы правы, — ответил Трэвис.