Более того, она ни за что не купит ни одной вещи в его салоне.
Да, она сумеет противостоять Альберту. Или нет? Хотя он этого заслуживал. Ей бы очень хотелось высказать ему все, что она о нем думает. Но она знала: все, на что ее хватит, — это несмело протянуть заявление об увольнении. Он наверняка будет еще и ругать ее за то, что она так их подводит. Ладно, так или иначе, этот человек, который относился к ней как к мебели, не дождется от нее своих комиссионных.
Трэвис приблизился к ней, и она отвлеклась от своих мыслей. Она вздрогнула, словно газель, которую вспугнул рык льва. Наверное, он заметил, как она запаниковала. Но вместо того чтобы загнать ее в угол этой роскошной ванной, он провел рукой по своим смоляным волосам и сказал:
— Я хочу тебе показать все перед уходом.
— Зачем?
Лили не могла вычислить его мотивов. Она, конечно, не хотела бы с ним расставаться, даже наоборот, но…
Она очень хотела, чтобы он коснулся ее. Но она не сможет изобразить равнодушие, как советовал ей Люк. Если Трэвис просто проведет ей пальцем по щеке, она сама начнет умолять взять ее прямо здесь, в этой ванной, и плевать ей на последствия. Трэвис улыбнулся.
— Но я думал, что это очевидно. Дизайнер интерьеров должен иметь представление о том, что окружает постройку снаружи, чтобы все выглядело гармонично.
Лили прищурила глаза. Она пыталась понять, что движет Трэвисом, но на его лице не отражалось ровным счетом ничего. Профессионал, невозмутимый и хладнокровный. Он ведь давал ей возможность реализовать себя в карьере, а она вела себя так, словно ее пытаются обмануть.
В конце концов, она же просто Лили.
Трэвис и в мыслях никогда не держал переспать с нею. Она была в этом уверена. Он совершил большую ошибку в субботу вечером, но теперь, как ей казалось, он сделает все, чтобы не повторить ее.
Она хотела плакать, но заставила себя с улыбкой сказать:
— Ты прав, Трэвис. Мне стоит увидеть все вокруг.
Чтобы выглядеть профессионалом в его глазах, она добавила:
— Я вижу, что дом окружен деревьями, и это создает внутри особую игру света.
Как будто ей было не все равно. Единственное, что ее волновало, — это сам Трэвис. Ей хотелось творить глупости, например броситься на него с поцелуями.
Позади дома росли оливы и лимонные деревца. Трэвис указал на дубовую рощу, видневшуюся чуть поодаль.
— Ты должна посмотреть на это повнимательнее.
Лили ступила на петляющую тропинку, стараясь удержать равновесие на своих высоких каблуках.
— Какой великолепный пруд, — в восхищении вымолвила она.
В воде отражался закат.
— Но это не пруд, — сказал Трэвис, — это бассейн. Трэвис снял пиджак и скинул туфли. Он присел на край ровного камня и закинул ногу на ногу.
— Давай немного расслабимся у воды, а потом отправимся по домам.






