ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В «Чёрной Розе» есть всё то, что может понравиться романтичным натурам, любящим псевдоисторические любовные романы: брак по королевскому приказу, ненависть, перерождающаяся в любовь, переодевания, пох... Часть 1 Свадьба Черной Розы Франция, 13 век, 1223 год. Период Альбигойских войн. Прованс и Лангедок охвачены восстанием против короля Людовика, возглавленным знатнейшими дворянами провинций. К катарам [1] присоединилось и много католиков. Людовик отправляет на подавление бунта войска под предводительством двух полководцев — Симона де Монфора [2] и некоего дворянина в белом плаще, украшенном черной розой, никогда не снимающего с лица черную маску. Этого дворянина все называют герцогом Черная Роза. После долгой и кровопролитной войны Монфор и Черная Роза, о чьих зверствах, насилиях и убийствах ходят ужасные слухи, одерживают ряд блистательных побед. Вскоре у восставших остается всего несколько замков и крепостей, которые осаждаются королевскими войсками. 1. Посланец Черной Розы Увидев из окна башни перед подъемным мостом троих закованных в броню рыцарей, один из которых держал в руке копье с привязанным к наконечнику белым флагом парламентера, граф де Руссильон велел опустить мост и поднять решетку. Но в замок был пропущен только один из них. Двое остались ждать с его лошадью на мосту. Этот рыцарь, в алом плаще и серебристом шлеме, последовал быстрым шагом за графским управляющим, Бастьеном. Зала в донжоне, главной башне замка, где ждал посланца осаждающих старый граф, была большой и пышно обставленной. Руссильона называли одним из богатейших дворян Лангедока, и это была чистая правда. Ткани, утварь, коллекция восточного оружия на стене, — все говорило о власти и богатстве хозяина замка. Посол нашел графа сидящим в высоком дубовом кресле с массивными подлокотниками в виде львиных голов. По правую сторону кресла на стене висел герб Руссильона — красное полотнище с кресто

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И Симон де Монфор, посланный самим Папой подавить бунт еретиков-катаров, и герцог Черная Роза — полководец французского короля, — оба эти человека были ненавидимы и проклинаемы всеми жителями Окситании — края, куда входили Лангедок и Прованс.

— Мир между нами невозможен, — резко ответил Руссильон. — А если вы явились ко мне с предложением о сдаче замка… Мы не собираемся сдаваться! Нам слишком хорошо известна милость ваших предводителей, — об их зверствах, жестокостях и насилии над несчастными, попавшими живыми в их лапы, ходят легенды по всему краю!

— Я — посланец не Монфора, а герцога Черная Роза, — высокомерно сказал де Брие, — и, клянусь честью, — все, что говорят о монсеньоре и о его зверствах, — выдумки и гнусная ложь! Что же касается Руссильонского замка… Войдя в него, я увидел во дворе множество людей, — среди них дети, старики, женщины. У вас, как нам прекрасно известно, почти не осталось еды. Люди истощены, они падают с ног от усталости и голода. Говоря — «Мы не сдадимся!» — вы выражаете мнение своё — или их?

Старый граф поджал тонкие губы. Он тоже, как заметил де Брие, был очень бледен и имел измученный вид. Веки светло-голубых почти выцветших глаз покраснели и опухли, красивые пышные седые усы сейчас как-то скорбно, устало обвисли. Старик явно не спал несколько дней и ночей, подготавливая замок к отражению возможного штурма.

«Из тех, кто умирает, но не сдается, — подумал де Брие, — да, этот Руссильон — крепкий орешек! Но мы его расколем!»

— Послушайте, господин граф, — вслух сказал он, — у меня есть для вас два послания, которые я должен вам передать. Первое — от вашей старшей дочери Марианны, из замка Монсегюр…

— От Марианны? — недоверчиво переспросил Руссильон.

— Да; несколько дней назад герцог Черная Роза лично присоединился к своему отряду, осаждавшему Монсегюр, и взял его приступом. Теперь замок занят королевскими войсками. Не волнуйтесь, — ни вашей дочери, ни зятю, графу Монсегюр, ни их первенцу не угрожает опасность, в чем вы и сможете убедиться, прочтя послание графини. Если, как я надеюсь, она написала правду, — добавил он.

Старый граф взял в руки письмо и, посмотрев на печать, вскрыл его. Пробегая глазами строчки, написанные таким знакомым и родным почерком, он несколько раз с силой дернул себя за седой ус, чтобы не позволить пролиться внезапно подступившим слезам.

В письме Марианны говорилось, что Монсегюр действительно захвачен Черной Розой и его отрядом, но что и она сама, и малютка Шарль, родившийся всего два месяца назад, и её муж, раненный в руку при взятии замка, находятся в безопасности; им предоставлено несколько комнат, и с ними хорошо обращаются.