– Друг за другом, на расстоянии жердей. В случае чего падаем на пузо и страхуем друг друга. Особенно если удастся подойти к яме и посмотреть, что там. Я подползу, а вы меня жердями страховать будете… Нормально так, Иваныч?
– Вполне. Все равно ничего лучше мы не придумаем. Или возвращаться и искать веревку.
Я хотел возразить, но меня опередил Дмитрий.
– Неизвестно что еще внизу увидим, – сказал он. – Может, и веревки никакой не надо, так можно спуститься. А может быть, что наоборот – и никакая веревка не поможет.
– Тоже верно, – согласился Иваныч, доскребая остатки мяса со стенок банки. – Ну, вы как? Готовы?
Мы сложили пустые банки возле рюкзаков и оружия, которые пока решили оставить у начала круглой площадки.
Я пошел впереди, за мной Иваныч, последним Дима. Через двадцать метров я начал проваливаться – набухший грунт уже не держал мой вес. Я лег на живот, и моему примеру последовали и Иваныч, и Дима. Мы держали в руках свои концы жердей, а у Иваныча так и вовсе обе руки были заняты, так что приходилось двигаться синхронно. Наверное, сверху мы забавно смотрелись – как три жука, нанизанные на две жерди.
Как неуклюже мы ни двигались, но через пятнадцать минут я оказался метрах в десяти от края ямы. Теперь было видно, что она не такая уж и большая – всего метров семь-восемь в диаметре. Она была бы почти круглая, но обвалившаяся по краям земля делала отверстие неаккуратным. К тому же теперь кроме дыма, который был хорошо виден, добавился тот самый запах, что исходит и от демонов, и от чертовых псов.
– Стой! – крикнул Иваныч. – Дальше не иди. А то утащит, как того солдатика. Попробуй на жердь встать и загляни вниз, что там?
Я так и сделал, но ничего, кроме коричнево-черного грунта в белых прожилках корней «ряски», не увидел.
– Да отсюда дальше трех метров не вижу! – крикнул я через плечо. – Давайте еще на пяток метров поближе приблизимся!
Тут мне пришло в голову, что мои ощущения и то, что чувствует Иваныч, могут сильно отличаться.
– Иваныч, ты как, кстати? – крикнул я ему.
– Нормально, – удивился он. – А ты чего спрашиваешь? Вместе же шли…
– Да нет, я не про то. Ну, как это сказать… Потустороннего ничего не чувствуешь?
– А, вот ты о чем…
Иваныч замолчал, прислушиваясь к себе.
– Нет, – покачал он головой, – ничего такого.
– И я ничего, – подтвердил Дима.
– Ладно, – махнул я рукой. – Давайте еще чуть-чуть поближе подойдем.
Я опять лег на живот и пополз вперед. Не успел приблизиться к краю ямы и на половину оставшегося расстояния, как меня остановила дернувшая обратно жердь.
– Хорош, Серега! И так слишком близко!
Я не стал спорить, а снова встал, используя жердь как опору для одной ноги, перенеся на нее тяжесть всего тела. Теперь я видел только, что яма, похоже, намного глубже, чем я думал.






