Во Флоровском монастыре она приняла постриг под именем Александры. Но подвижническая жизнь ее в этом монастыре продолжалась недолго. Однажды после продолжительного молитвенного бдения она сподобилась видеть Богородицу, которая повелела Александре идти на Север России и обходить все великорусские обители во имя Божией Матери, обещая указать место, где монахиня «окончит богоугодную жизнь свою».
Не сохранилось сведений, в каких местах странствовала матушка Александра, но в 1760 году она шла из Мурома в Саровскую пустынь. Не доходя до нее двенадцати верст, остановилась в селе Дивееве, избрав местом отдыха лужайку у стены небольшой деревянной церкви. Усталая, она уснула и в легкой дреме снова сподобилась видеть и слышать Богородицу:
«Вот то самое место, которое Я повелела искать тебе на Севере России… Живи и угождай здесь Господу Богу до конца дней твоих, и Я всегда буду с тобою, и всегда буду посещать место это и в пределе твоего жительства Я осную здесь такую обитель Мою, равной которой не было, нет и не будет никогда во всем свете: это четвертый жребий Мой во вселенной»
[3]
…
Когда видение окончилось, мать Александра проснулась, оглядела местность, начала молиться с горячими слезами и еле пришла в себя. Она дошла до Саровской пустыни в большой радости, потому что этот монастырь имел тогда великую славу.
Множество подвижников, постников, пещерников, старцев и затворников отличались в нем святостью своей жизни. Они могли помочь ей советами и наставлениями.
Общежительная Саровская пустынь произвела на матушку Александру сильное впечатление. Ничего подобного она не видела во всей России — монастырь стоял среди дремучего леса, на горе, омываемой с трех сторон речками Сатис и Саровкою. Это была настоящая пустынь, уединенная от людских жилищ и успокаивающая каждого входящего.
Основание Саровской пустыни было положено в 1706 году на месте татарского города Сараклыч.
Задолго до основания монастыря происходили чудесные явления, свидетельствовавшие о будущей великой святости места. Например, по ночам иногда наблюдали, как с неба сходил необыкновенный свет, нередко слышали колокольный звон, хотя вся окрестность была покрыта густым непроходимым лесом.
Быт в пустыни был суровый; все нужное для жизни приобреталось трудами братии. Сами возделывали землю, сеяли хлеб, мололи на жерновах муку, занимались токарным и столярным делом, шили одежду, плели лапти. Зимой носили нагольные тулупы, летом — балахоны из сурового холста. Единственным лакомством братии долгие десятилетия служил настой из малины и мяты с медом.






