ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Когда-то дети одного английского священника играли в оловянных солдатиков с таким увлечением, что постепенно придумали целый мир, населенный героями — добрыми и злыми, храбрыми и трусливыми, честными... Секрет Шарлотта Бронте Предисловие В сборник вошли самые ранние произведения Шарлотты Бронте — отчасти игра, отчасти первые опыты писательства, в которых при всей их детской наивности уже отчетливо виден литературный талант. Юная Шарлотта пробует себя в самых разных жанрах: проза, поэзия и драматургия, сатира и политическая аллегория, фантастика и то, что мы теперь назвали бы «фэнтези» — литературная сказка, действие которой происходит в вымышленном мире с подробно разработанным антуражем. Кто знает, какое развитие получили бы эти стороны ее таланта, родись она века на полтора позже? Многих поклонников сестер Бронте занимает вопрос: как в одной семье появились сразу три выдающиеся писательницы? Возможно, одна из разгадок — в той творческой атмосфере, которая царила в их доме. И произведения детей Бронте дают читателю возможность краешком глаза заглянуть в их жизнь и в их внутренний мир. Шарлотта Бронте была третьей дочерью англиканского пастора Патрика Бронте. Она родилась в 1816 году, в следующие годы на свет появились ее брат Брэнуэлл, сестры Эмили и Энн, а в 1820 году не стало их матери. Патрик Бронте остался вдовцом с шестью детьми на руках. Приход занимал все его время, но приносил очень мало денег. Решение отдать четырех старших девочек в пансион для детей духовенства Кован-Бридж, казавшееся наилучшим выходом, обернулось трагедией: Мария и Элизабет заболели туберкулезом и, хотя отец немедленно забрал дочерей домой, умерли в тот же год. Дальше отец учил детей сам. Человек это был в высшей степени незаурядный. Первый биограф Шарлотты, Элизабет Гаскелл, изобразила его самовластным чудовищем, а он, желая, чтобы жизнеописание его дочери увидело свет, даже не стал возр

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Маркиза Фиденская танцевала с лордом Элрингтоном, а когда позже к ней вразвалку подступил Торнтон, то схлопотал от брата такой увесистый удар, что ретировался, держась за бок и покряхтывая. Мистер Сидни пригласил леди Каслри, маркиз Фиденский — маркизу Доуро. Мне выпала честь танцевать с леди Зенобией Элрингтон. Что до мисс Перси, она обрела сокровище. Присев на диван отдохнуть, она заметила странное маленькое существо с курчавыми волосами, бешеными голубыми глазами и комическим выражением на круглой смешливой физиономии; звереныш рыскал вокруг дивана, стульев и столов, донельзя раздражая маленького щеголеватого джентльмена в сине-белом платье. Мисс Перси сделала озорнику знак приблизиться. Тут ее осенила мысль, которую она и поспешила облечь в вопрос:

— Вы лорд Чарлз Уэлсли?

— Имею такую честь. А вы кто?

— Мэри Перси.

— А кто такая Мэри Перси? — спросил чертенок.

Мисс Перси была в полном восторге от знакомства. Она прочла все труды этого выдающегося литератора по двадцать раз и восхищалась ими чрезвычайно. Теперь перед нею был сам автор. Говоря с ним, мисс Перси, разумеется, отбросила всякую сдержанность и выказала естественную, веселую натуру, которую так редко проявляла на людях. Она взяла эту мартышку на руки и усадила рядом с собой на диван, где маленькое чудовище вертелось и ерзало, смеялось и болтало, найдя ее обхождение — по собственным словам — «не чрезмерно для себя неприятным». Ей удавалось поддерживать в нем хорошее настроение, но вот умерить его раздражающую непоседливость было куда труднее. Она спросила, как он относится к своему благородному брату.

Он воскликнул:

— Брат?! Чурбан свинячий, а не брат, вот он кто! Торнтон говорит, и Эмии

[92]

тоже, его, мол, удавить мало, орясину этакую!

Мисс Перси не поняла половины его слов, но тем не менее они с Чарли отлично поладили. Многие дамы и некоторые джентльмены, подойдя ближе, слушали ее веселую беседу с «исчадием ада», как назвал его в тот вечер маркиз Доуро. Впрочем, заметив внимание посторонних, мисс Перси сперва заговорила более официально, а затем и вовсе умолкла. Тщетно бесенок хватал ее за руки, заглядывал в глаза, отпускал ехидные замечания о гостях и нелепые — о ней самой; она лишь улыбалась, один раз погладила его руку (он с возмущением вырвался) и произнесла от силы слово или два. Подошел герцог Веллингтон и вступил с нею в беседу. Мисс Перси чтила его светлость превыше всех людей на земле, поэтому вся ее сдержанность улетучилась в один миг. Мисс Перси тоже очень понравилась его светлости, что тот выразил в особой улыбке и голосе, приберегаемых именно для таких случаев. Однако близилось утро, пришло время разъезжаться. Гости усаживались в кареты, площадь перед Уэлсли-Хаусом вновь наполнилась шумом и суетой.