Он пришел в мир не для дел! Не для жизни, а для смерти! Для того только, чтобы бросить в мир заразу христианства, развратить и заразить ей невесту, жену — и затем бесследно исчезнуть.
Что он сделал доброго, хорошего? Ничего! Никаких дел за ним вообще не числится. Несколько чудес и несколько проповедей — вот и все.
И каких!.. Каких проповедей!
Искушение слабостью! Искушение беззащитностью. Искушение смирением! Беззащитность, смирение — страшная сила. Ей невозможно противостоять, с ней невозможно бороться. Для этого надо перестать быть человеком. Попробуйте ударить, убить доверчиво смотрящего на вас щенка или котенка. «Будьте как дети!» Кто сможет обидеть ребенка?!
Но это — философия слабых! Философия рабов. Это подмена живой деятельности, борьбы, мук и исканий — жертвенностью и всепрощением. Разрушительная философия пассивности и созерцания. Непротивления. Бездонная вязкая трясина, в которой тонет все. Порывы, устремления, дерзания!.. Науки и искусства. Все, чему учит Люцифер.
«Все это от дьявола!.. Не мудрствуйте!.. Бог сам все знает. Он сам вам поможет. Спите! Бог не спит за вас».
Что было бы, если бы люди действительно стали жить по Христу? С самого начала? Мы до сих пор так и пребывали бы сейчас в первом веке нашей эры. В эпохе рождения Христа.
Это попытка вернуть людей в Едем. В рай. Остановить развитие, прогресс.
И эта попытка удалась. Почти.
Что дало людям христианство? Полторы тысячи лет упадка и застоя. Ужасы средневековья. Костры инквизиции. Джордано Бруно, Галилей и Коперник.
Веселые жизнерадостные греки! Пир искусств! Великие греческие механики и философы. Архимед, Евклид, Пифагор, Сократ, Платон, Аристотель. Римляне! Овидий, Гораций, Вергилий, Цицерон, Тацит, Лукреций. Где они?! Где их последователи?
Все остановилось на полторы тысячи лет. Кануло в какую-то мрачную бездну. История прекратила свое течение. Церкви, монастыри... уныло и заунывно тянущие что-то свое монахи — и ничего более. Все остальное умерло. Оцепенело в каком-то безжизненном, мертвящем ужасе.
Вот результаты прихода Христа. Милостивого и всепрощающего. Застой, скука и варварство. Сон разума.
И все вроде правильно.
Как в постылом, унылом браке. Все вроде правильно. Долг, честь, верность... Клятвы. Священные узы... Все вроде правильно. И возражать нечего.
Только вот скучно очень! Тоскливо. Смертельно. Так, что хоть в петлю! Беспросветно все как-то. Скука — смертная! Какая-то серая липкая паутина, из которой невозможно вырваться.






