ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Поучения Никодим Святогорец О величии Божественной Евхаристии Задумайся над одним даром, драгоценность которого становится видна, когда в тебе соединяются три вещи: сознание величия дара, любовь к Тому, Кто тебе его подает, и сознание пользы, которую он приносит. Эти‑то три чудные вещи и выявляют дар, подаваемый в Таинстве Божественной Евхаристии. Задумайся о величии этого дара. Бог, сотворив мир, даровал нам очень многое. Во–первых, Он даровал нам нас самих, приведя нас из небытия для того, чтобы мы существовали сотворенными по Его образу и подобию. Он даровал нам Свои бесчисленные творения, небесные и земные — не только невещественные и духовные, но также и материальные — для того, чтобы мы заботились о них. Он сотворил для нас небо, землю и все, что только в них есть. А еще более великим даром стало Боговоплощение, в котором Бог Слово соединился с человеческой природой для того, чтобы человека сделать богом по благодати. Из всех возможных даров остался только один, но и его Господь даровал человеку в Божественной Евхаристии. В ней Он всем людям дает вкушать Свое пресвятое Тело и драгоценную Кровь, чтобы душа каждого человека стала обоженной, и в этом — богатство и благо для нас. Вот что говорит об этом Таинстве преп. Иоанн Дамаскин: «Таинство это называется"Принятием"потому, что через него мы принимаем в себя Само Божество;"Общением" — потому, что через него мы приходим в общение со Христом и делаемся причастными как Его плоти, так и Его Божеству». Если же сказать коротко, это Таинство является образом всего Домостроительства во плоти. Оно содержит в себе и Рождение Господа, и жизнь Его среди людей, Его страдания и смерть, схождение во ад, Воскресение, Вознесение,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Посмотри, любишь ли ты Бога так, как малые дети любят своих родителей или звери — тех, кто родил их? Любишь ли ты Бога, как кто‑нибудь любит своего благодетеля и друга? Обращена ли твоя любовь к Богу так, как стрелка корабельного компаса всегда обращена к северу? Испытай себя, хранишь ли ты заповеди Божий, потому что кто любит Бога, тот исполняет и заповеди Его, как Сам Он сказал:

(Ин. 14, 15). И наоборот, если кто не любит Бога, тот и заповедей Его не исполняет:

Нелюбящий Меня не соблюдает слов Моих

(Ин. 14, 24). Но я боюсь, что ты, если и исполняешь заповеди Божий, то делаешь это не так, как положено, а с тысячью роптаний и вперемешку с тщеславием.

Проверь, любишь ли ты Бога

всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всею крепостию твоею

(Лк. 10, 27), как Он заповедал нам. Ибо если твоя любовь бывает разделена надвое, — когда в твое сердце войдет, хотя бы оно было и тонко, как волос, стремление к чему‑нибудь другому, — то знай, что ты не любишь Бога всей душой твоей и от всего твоего сердца. Итак, подумай, насколько далеко отстоишь ты от божественной любви, тем более, что твое сердце разделено не на две, а на много частей.

Как это страшно — призывать имя Господне без благоговения и в суете, или по принуждению, или только один–два раза в день! Твое сердце так ожесточено, что ты не только не плачешь, когда слышишь сладчайшее и любимейшее имя Божие, но ты даже ничуть не смягчаешься, когда видишь Бога, проливающего кровь и пригвожденного ко Кресту. Когда ты стоишь на молитве, твой ум прилепляется ко всему суетному и мирскому, он и здесь, и там, но только не в словах молитвы. А если и простоишь ты немного на молитве, то быстро отягощаешься и приходишь в уныние. Вот как мало любишь ты Бога — как только почувствуешь малейшее неудобство, тотчас обращаешься вспять и забываешь о прежних добрых мыслях.

Есть еще один важный признак любви к Богу: когда ты с равным усердием молишься и за друга, и за врага, не делая между ними различия. Вот что говорит об этом святой Григорий Палама: «Когда с умилением и сладкой скорбью в сердце ты будешь приносить Господу моление как о себе, так и о всяком человеке — известном тебе и неизвестном, враге и друге, оскорбившем тебя и не оскорблявшем, — тогда знай, что ты от души любишь ближнего. Но такое устроение души бывает только тогда, когда ты дела любви совершаешь втайне» (Слово на Евангелиста Иоанна).

Наконец, о том, что необходимо любить ближнего, как самого себя, Господь сказал отдельно:

Заповедь новую даю вам, да любите друг друга

(Ин. 13, 34), — и не остановился на этом, но продолжил так:

нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих

(Ин. 15, 13).

Испытай же, возлюбленный, есть ли у тебя признаки истинной любви. Мне кажется, что у тебя их нет.