Как же мы, неразумные, не можем понять этого и предпочитаем мертвящий огонь ада оживляющему пламени божественной любви? О любви, которую мы должны иметь к Богу, говорится в следующих словах:
Дети мои! станем любить не словом или языком, но делом и истиною
(1 Ин. 3, 18). Любовь к Богу должна стоять для нас выше любой любви к какому‑либо человеку, как написано: Крепка как смерть любовь (Песн. 8, 6).
Раскаемся же в том, что мы до сих пор грешили против Бога и прилеплялись более к греху, чем к Нему. С гневом отгоним от себя такое нечестие и возлюбим Господа всею душею нашею, и всею крепостию нашею, и всем разумением нашим (Лк. 10, 27), и будем стараться никогда не допускать в наше сердце какого‑либо греха. Господь многими способами побуждает нас к любви — то увещевая нас, то пугая страхом вечных мук, — будем же молиться Ему, чтобы Он дал нам силы любить Его. Скажем вместе с блаженным Августином: «Ты повелеваешь любить Тебя, дай же мне то, о чем повелеваешь!»
Мы должны любить Бога больше, чем любое другое благо, потому что в Нем — полнота всех совершенств красоты, премудрости, могущества, святости, величия, благости, бесконечности, жизни, мира, свободы, царства, справедливости и спасения. Все это не есть Бог, но есть в Боге. Он бесконечно выше всего этого, как говорит преп. Максим Исповедник: «Сам Бог бесконечно более непостижим даже чем то, что Он есть по существу; чем то, что Ему свойственно; и чем то, что Его, но вне Его».
Господь хочет, чтобы мы впустили Его в лучшую часть нашего сердца, чтобы нам приобщиться тем благам, о которых мы только что говорили. Если же мы до сих пор не любили Его как должно, то раскаемся в этом, искореним нашу небрежность и впустим Его в самую глубину нашего сердца, — тогда мы сможем ощутить сладость Его Божественной любви. Оплачем то время, когда мы не любили Бога, потому что потеряли его безвозвратно, и скажем вместе с блаженным Августином: «Поздно я возлюбил Тебя, столь древнюю Красоту, поздно я возлюбил Тебя, увы! нет уже того времени, когда я не любил Тебя».
Господь для того сошел с Неба, чтобы зажечь в сердцах людей этот божественный огонь любви;
Огонь пришел Я низвести на землю, и как желал бы, чтобы он уже возгорелся!
(Лк. 12, 49). Помолимся же Ему, чтобы Он просветил наш ум к познанию того, что самое главное — это любить Его, ибо мы потому не любим, что не знаем, как сказал божественный и неудержимый любитель Бога Августин: «Вечный свет зажги в моей душе, чтобы я почувствовал Тебя, и познал, и возлюбил».
Такая любовь к Богу была и у апостола Павла, который говорит:
Уже не я живу, но живет во мне Христос. А что ныне живу во плоти, то живу верою в Сына Божия, возлюбившего меня и предавшего Себя за меня
(Гал. 2, 20).






