ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Поучения Никодим Святогорец О величии Божественной Евхаристии Задумайся над одним даром, драгоценность которого становится видна, когда в тебе соединяются три вещи: сознание величия дара, любовь к Тому, Кто тебе его подает, и сознание пользы, которую он приносит. Эти‑то три чудные вещи и выявляют дар, подаваемый в Таинстве Божественной Евхаристии. Задумайся о величии этого дара. Бог, сотворив мир, даровал нам очень многое. Во–первых, Он даровал нам нас самих, приведя нас из небытия для того, чтобы мы существовали сотворенными по Его образу и подобию. Он даровал нам Свои бесчисленные творения, небесные и земные — не только невещественные и духовные, но также и материальные — для того, чтобы мы заботились о них. Он сотворил для нас небо, землю и все, что только в них есть. А еще более великим даром стало Боговоплощение, в котором Бог Слово соединился с человеческой природой для того, чтобы человека сделать богом по благодати. Из всех возможных даров остался только один, но и его Господь даровал человеку в Божественной Евхаристии. В ней Он всем людям дает вкушать Свое пресвятое Тело и драгоценную Кровь, чтобы душа каждого человека стала обоженной, и в этом — богатство и благо для нас. Вот что говорит об этом Таинстве преп. Иоанн Дамаскин: «Таинство это называется"Принятием"потому, что через него мы принимаем в себя Само Божество;"Общением" — потому, что через него мы приходим в общение со Христом и делаемся причастными как Его плоти, так и Его Божеству». Если же сказать коротко, это Таинство является образом всего Домостроительства во плоти. Оно содержит в себе и Рождение Господа, и жизнь Его среди людей, Его страдания и смерть, схождение во ад, Воскресение, Вознесение,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Если ты испишешь лист бумаги одними нулями, то очевидно, что из других цифр на нем не будет ничего, кроме нулей. Но если перед каждым из нулей написать другие цифры: единицу, двойку, тройку, — то эти нули превратятся в значимые числа. Так и все добродетели: если будут совершаемы без смирения, то останутся простыми нулями и будут ничего не стоящими. И авва Исаак Сирин говорит, что из всех добродетелей только лишь за смирение дается благодать Божия. Если ты не смиришься и не станешь как ребенок, то не сможешь войти в Царство Небесное, как определил для нас Господь:

Истинно говорю вам, если не обратитесь и не будете как дети, не войдете в Царство Небесное; итак, кто умалится, как это дитя, тот и больше в Царстве Небесном

(Мф. 18, 3—4).

Ты должен стыдиться, что имеешь столько причин презирать себя, но вместо этого тебе, неразумному, хочется, чтобы другие тебя почитали. Молись же Иисусу Христу, просветившему некогда Своим Божественным взглядом слепоту Петра и давшему ему почувствовать свою ошибку, чтобы Он просветил и твое ослепление, дабы ты научился тому, о чем говорит апостол:

Кто думает, что он стоит, берегись, чтобы не упасть

(I Кор. 10,12).

Задумайся, возлюбленный, и о беспечности, которая также была причиной отречения Петра. Он

следовал за Ним издали

(Мф. 26, 58). Из этих слов видно, что Петр тогда был беспечным и «тепловатым» (См. Опер. 3, 16). Он не хотел ни совсем оставлять своего Учителя, ни следовать за Ним до конца. Он хотел оставаться Его учеником, не подвергая себя опасности, которая настигла бы его, если бы он до конца боролся за Учителя. В противоположность Петру, возлюбленный ученик Иоанн стоял не вдали, но вблизи от Христа и вошел во двор первосвященника не только затем, чтобы увидеть конец, но и для того, чтобы, если понадобится, и умереть за Него. Он очень любил Христа и не хотел отходить от Него ни на шаг.

У Петра же не было такой горячей любви, какая была у Иоанна. По своей беспечности он отрекся от Учителя и понял это только тогда, когда Господь посмотрел на него:

У Петра же не было такой горячей любви, какая была у Иоанна. По своей беспечности он отрекся от Учителя и понял это только тогда, когда Господь посмотрел на него:

Тогда Господь, обратившись, взглянул на Петра, и Петр вспомнил слово Господа

(Лк. 22, 61). Беспечность Петра была подобна стоявшей в ту пору холодной погоде. Евангелист Иоанн пишет:

Рабы и служители, разведя огонь, потому что было холодно, стояли и грелись. Петр также стоял

с

ними и грелся

(Ин. 18,18). Как говорит Феофан Керамевс, Петр тогда был действительно холоден в своей любви ко Христу, и потому грелся пламенем костра мира и греха, который разложили служители диавола с той целью, чтобы, сделав Петра отступником, насмеяться над ним.