Архипелаг тем временем отказался от войн и пиратства, появилась Лига, потом окрепла, и наконец решено было атаковать Пендор, изгнать дракона, а отнятые у него золото и драгоценности передать в казну Лиги. Ей всегда не хватает денег. Пятьдесят островов собрали огромный флот, семь Магов встали на носу самых могучих кораблей и повели их на Пендор… Приплыли. Высадились. На Пендоре было тихо. Дома стояли пустые, на столах, на фарфоре лежала столетняя пыль. Во дворе замка, на лестницах валялись кости Властителя Пендора и его людей. Башня вся насквозь провоняла драконом, но самого дракона не нашли. Не нашли и сокровищ — ни единого малюсенького алмаза, ни единой серебряной монетки… Дракон понимал, что ему не устоять против семерых Магов, и потому взял и удрал. Тогда Маги стали его искать. Они узнали, что он перебрался на далекий северный остров Удрат, и направили флот туда, но что нашли? Снова кости. На этот раз кости дракона. И — никаких сокровищ! Судя по всему, какой-то неизвестно откуда взявшийся волшебник убил дракона и увел сокровища из-под самого носа у Лиги.
Рыбак слушал внимательно, но без интереса.
— Это, должно быть, был очень умный и очень искусный волшебник, если ему удалось победить дракона, а потом сбежать и не оставить никаких следов. Все Властители и Маги Архипелага не смогли ничего о нем узнать — ни откуда он взялся, ни куда он исчез. Они уже собирались махнуть на это дело рукой, но тут вернулся я после трехлетнего плаванья к Северным Пределам, и тогда они сделали последнюю попытку отыскать неизвестного волшебника и обратились ко мне за помощью. Что было довольно умно с их стороны. Потому что я не только волшебник, о чем кое-кто из ваших олухов, кажется, все-таки догадался, я — прямой наследник Властителя Пендора. Сокровища принадлежат мне. Они мои и знают об этом. Болваны из Лиги не сумели их отыскать именно потому, что сокровища — мои, они принадлежат Дому Пендоров. И гордость сокровищницы, огромный смарагд Иналькиль — Зеленый Камень, — тоже знает своего хозяина. Посмотри-ка! — Тут Черная Борода поднял вверх свой дубовый посох и громко крикнул: — Иналькиль!
Кончик посоха засветился зеленым светом, цвета апрельской травы, вспыхнув ослепительным ореолом, и в тот же миг посох в руках волшебника сам собой повернулся, начал клониться вниз и клонился до тех пор, пока не указал на гору, перед которой они стояли.
— В Ганнбурге он светился не так ярко, — пробормотал Черная Борода. — Этот посох не ошибается. Иналькиль слышит мой зов. Сокровища знают, кто их хозяин. А я узнаю, кто вор, и сражусь с ним. Он искусный волшебник, если сумел победить дракона. Но я все равно его одолею.






