ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В романе «Американец» — третьей книге саги о банкире Лесли Уоллера — действуют те же персонажи, что и в романах «Банкир» и «Семья». С присущим автору мастерством здесь описаны международные интриги, п... Американец Лесли Уоллер Глава 1 Палмер осторожно отодвинулся от Вирджинии. Немного полежал на спине, повернулся на бок, бросил взгляд на свои часы, которые всегда клал рядом с ночником — без пяти двенадцать, — прислушался к ее ровному дыханию, молча чертыхнулся: как можно спокойно спать, когда у него такие проблемы?! Этот четверг, казалось, будет длиться вечно. Улетать в Париж надо было завтра рано утром, хотя у него уже начали появляться сомнения, а настанет ли это завтра вообще… Причем дело было совсем не в бесконечной череде неизбежных встреч и пожеланий. Даже последнее совещание в конференц-зале банка было вроде бы не менее скучным, но ему все-таки удалось, само собой разумеется, оставаясь в рамках приличий, свести эту процедуру до минимума. Прощальный ужин с детьми тоже прошел довольно гладко. После развода его бывшая жена Эдис оказалась, как у психологов принято говорить, «неспособной заботиться о детях». Как ни странно, но именно это избавило их от многих проблем. Сейчас, после разрыва с женой, они с Вирджинией встречались намного чаще, чем раньше, но их сексуальное влечение друг к другу стало в каком-то смысле даже сильнее. Взять даже сегодняшний прощальный вечер: увидев, что она пригласила на ужин еще одну пару, Палмер, неизвестно почему, почувствовал сильнейшее раздражение и… желание. Да, все было именно так: лежал рядом с ней, как труп; те двое уехали где-то около одиннадцати, а до этого — сплошная тоска и скука. Он снова повернулся, подложил руку под голову, бросил взгляд на Вирджинию. Легкое одеяльце давно уже соскользнуло, открывая взору вызывающую форму груди, крепкие ягодицы и изящные изгибы зрелого женского тела, как бы случайно выставленные наружу. П

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Элеонора достаточно умна, чтобы понимать — их скоротечный роман не принесет ей особого вреда. Или, наоборот, будет полезен? Во всяком случае, в ЮБТК, где Палмер был хозяином. Полным хозяином! Где никто, кроме него, не мог принять окончательного решения.

Господи, как же мерзко думать о ней в таком плане! Значит, можно считать себя мерзавцем?

И это с его-то холодной головой банкира? О чем ему многие не раз говорили. А вдруг у Элеоноры к нему искренние чувства? Разве такое невозможно? Даже если это не любовь, а просто влечение. Конечно же, возможно, но маловероятно, упрямо подсказывал ему его трезвый разум. Чего ей ждать от их связи? Если ему захочется снова жениться — чего он явно не торопился делать, — то в любом случае, скорее всего, это будет Вирджиния. Она куда более подходила ему по возрасту, знаниям, интересам… А эта мирно спящая девушка с невероятно длинными ногами и шикарной грудью в джунглях Нью-Йорка оказалась бы в лучшем случае невинным дикарем. В отличие от Вирджинии, которая чувствовала себя там как рыба в воде. Как говорят, знала все входы и выходы. Иногда даже лучше, чем сам Палмер, чему он не раз искренне поражался.

Он спохватился, что дал волю ненужной фантазии. Хотя почему бы и нет? Вреда от этого никакого не будет, это уж точно. Кроме того, время от времени имеет смысл бесцельно подумать ни о чем, перескакивая с одной мысли на другую…

И все-таки, какое же у нее восхитительное тело. И на редкость милое, совсем невинное лицо. Особенно сейчас, когда она безмятежно спала после двух тяжелых дней любовных утех. Нет, представить ее в вонючем и порочном Нью-Йорке было попросту невозможно!

Равнодушно глядя на белый потолок, Палмер вдруг нахмурился. Зря он попросил Вирджинию поговорить с Гарри Элдером. Зря обещал ей позвонить ему. Зачем? Не для того же он приехал в старую добрую Европу, чтобы ему отравляли жизнь из этой выгребной ямы, коей он считал Нью-Йорк, причем вполне искренне. Потому что его родным городом был Чикаго, где он провел большую часть своей жизни. В Нью-Йорк он перебрался всего три года назад, после смерти отца. После чего первым делом существенно расширил банк отца, нет, теперь уже его банк, скупив несколько филиалов других финансовых структур, и стал законным владельцем поистине огромного объема финансовых активов. Естественно, мягко говоря, весьма и весьма прибыльных.

Нью-Йорк практически сразу же стал для него головной болью — каждодневные политические интриги, так называемые «закулисные игры», как тут принято говорить, сплетни, потоки отвратительной, специально спровоцированной и хорошо проплаченной дезинформации. Со всем этим, впрочем, приходится иметь дело большинству банков мегаполисов.