ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

На этой дороге происходит что-то странное. Водители один за другим проезжают мимо белого почтового ящика на обочине.Несколько часов спустя, бросив под колеса сотни километров шоссе, они вновь оказы... Дорога Кэтрин Джинкс Посвящается моей бабушке, Филлис Джинкс — Может быть, чтобы охлаждать там пиво. — Ты думаешь? — Грейс никогда не понимала, шутит Сайрин или нет. — Нет, — ответил старик. — Слишком долго идти. — Я думаю, что это нора вомбата, — сказал Натан. Сайрин усмехнулся. — Я же вомбат, правда, мам? — не отставал Натан. — Да. — Грейс не хотела говорить об этом. — Лучше ешь свой обед, Натан. — Мама тоже вомбат. Это наш тотем. — Дядя Фрэнк часто говорит ему об этом, — объяснила Грейс. — Сказки о Палате и тому подобное. Сайрин ничего не сказал. Неважно, что он думал о свадьбе своей сестры Глэдис с дедушкой Грейс — а их матерью была аборигенка племени нумарбор, — своё мнение он держал при себе уже пятьдесят лет. Грейс чувствовала, что он изображал полное равнодушие, если ему что-то не нравилось или если он чего-то не понимал. — Здесь нет никаких вомбатов, сынок, — заметил он. — Слишком сухо. Здесь можно встретить только эму, змей и кенгуру. — И ящериц, — сказал Натан. — Верно. — И мух, — добавила Грейс. В доме Сайрина было некуда деваться от мух. Дом был слишком стар — настоящая развалюха, построенная из фиброволокна, гальванизированного железа и спрессованной жести. У входа стоял фургон. Веранда имела двенадцать дверей, и все из разного стекла. Занавески были в дырах. В окне ванной комнаты стекла не было вообще. И конечно, туда заходили собаки. Мухи любят собак. — Мы сегодня видели какашки кенгуру, — сказал Натан. — Правда, мам? — Правда. — Их же оставили кенгуру, да? — Может быть. — Грейс не была уверена в том, кому принадлежал увиденный ими помёт — кенгуру, козам, кроликам или овцам. Старый Наджет мог бы сказать точно, но Наджет умер. Его жена Глэдис тоже умерла.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Следовательно, этот человек

не может

быть её творением, потому что машины являлись продуктами цивилизации. Остальные казались довольно безобидными, но разве можно говорить об этом наверняка? Грейс тоже казалась довольно безобидной.

Взглянув на всех по очереди, на их потные лица и двигавшиеся губы, он почувствовал, как внутри него снова закипела ярость. Ему пришлось закрыть глаза и сделать глубокий вдох, сжав руки в кулаки, чтобы никто не видел, как они тряслись. Почему он не выстрелил в этого старого идиота, когда у него был такой шанс? Он мог бы угнать грузовик и продолжить свой путь в одиночестве. Почему он

не подумал

об этом? Несмотря на своё состояние, он чувствовал в себе способность маскироваться и дальше, как ящерица. Он был почти убеждён, что сам совершил ошибку, не сумел разобраться в карте. Неправильно рассчитал расстояние.

Он подвергал сомнению собственную логику.

Вот что она с ним сделала. Всё это время она подрывала его веру в разумность собственных суждений. Но теперь он знал правду. Кто кроме неё мог подчинить своей воле время и пространство? Только теперь он понял до конца, что она из себя представляла. Это хрупкое тело было всего-навсего оболочкой — оболочкой, которая одурачила всех, и даже его. Ему казалось, что он является единственной мишенью её злобы. Ему никогда бы не пришло в голову, что кто-то ещё может попасться в её ловушку. Именно поэтому он остановил машину Кола Он и не думал, что в своём желании отомстить она бездумно заманит в ловушку и всех остальных.

Но он должен найти способ выбраться. Должен.

И не имеет значения как.

Казалось, что Джорджи всегда получает то, что она хочет.

Алек не мог сказать о ней ничего определённого. Он долго ломал голову, но ему так и не удалось вспомнить, чтобы он когда-нибудь встречал Джорджи в Брокен-Хилле. Если она действительно родилась здесь, думал он, то не исключено, что она уехала из города в довольно раннем возрасте. Или с тех пор она сильно изменилась. Это было более чем вероятно. В своём нынешнем одеянии, с ярким макияжем, проколотой ноздрёй и крашеными волосами она наверняка сильно отличалась от девочки, игравшей в прятки в парке Стерт. Вместе с тем она была на несколько лет моложе Алека. Возможно, он просто не обратил на нее внимания. Брокен-Хилл был крупным городом в отличие, скажем, от Кобара. Совсем не обязательно, что вы узнаете любого человека, которого видели гуляющим по Арджент-стрит.

— Очень мило с вашей стороны, что вы согласились нас подвезти, — сказал Эмброуз уже, наверное, в четвёртый раз (он обращался к Гарвудам). — Мы очень вам благодарны.

— О, не стоит благодарности, — сказала Верли.

— Мне кажется, что трудности пробуждают в людях самые лучшие качества.

— М-м-м.