Но ты удивишься, я эти годы был почти счастлив с этими людьми. Наверное, я единственный, кому нравилось так жить, меня уважали, у меня было всё, я не особо напрягался с работой, в общем, если честно, я прожил эти десять лет не так плохо. Хотя, конечно, имея выбор, я предпочту покинуть Белый лебедь и жить на Земле, даже в мегамуравейнике.
-Я тоже.
Подошла наша очередь, впереди было всего несколько человек. Лена подошла ко мне, крепко обняла, целовать не стала, и офицер, командующий заморозкой, сказал:
-Следующие.
Лена шагнула первой, ей выбрали капсулу, и она легла в неё, опустилось стекло, процесс заморозки начался, потом очередь дошла до меня, и я занял место рядом с ней. Опустилось стекло, но ничего не изменилось, я продолжал лежать, потом заложило уши, это в капсуле начало расти давление, потом воздух стал каким-то странным. Я знал, заморозка произойдёт не мгновенно, сначала из организма нужно удалить азот, а для этого мне придётся несколько часов дышать смесью гелия и кислорода. Потом, когда количество азота в организме сильно уменьшится, мне придётся ещё минут пятнадцать дышать чистым кислородом, что вообще-то опасно для лёгких, чтобы снизить концентрацию уже гелия, но он выветривается быстрее. И только после этого, в организм введут усыпляющие вещества, и я потеряю сознание, и начнётся сам процесс заморозки, и понижение температуры. Я продолжал лежать и думать о своём, и думалось мне не сладко, я думал о том, что скоро мне конец. И не вернусь я на Землю, для силлитов дожать одну, пусть даже укрепленную планету плёвое дело, и если уж они пошли на принцип, значит всё капец людям. Нет, конечно, не полный капец, всегда есть надежда, кто-то выживет глубоко в тайных подземных базах, кто-то отправится в дальний путь на звездолёте споре в один конец, и начнёт новое начало в другом далёком от нас мире, может быть даже в другой галактике. Но наша цивилизация здесь и тут прекратит свою историю, и это печально. И мне даже не так жалко себя, и не так я боюсь смерти, сколько обидно за всю мою расу. С этими мыслями я и потерял сознание. А спустя несколько минут начался процесс заморозки моего организма до сверхнизких температур. Скоро я замёрзну совсем и в таком состоянии, отправлюсь в дальний, дальний путь. И если температуру не повысить, так при температуре близкой к абсолютному нулю, при нулевой диффузии, я смогу прожить любой срок, десять, двадцать, тысячу и даже миллион лет.
Глава 26: Кладбище земной цивилизации.
Я закашлялся, голова болела, зрение возвращалось с трудом, во рту застряли какие-то пластмассовые трубки, они качали мне в лёгкие кислород, но я пришёл в себя, и необходимости в них не было, я выплюнул их.






