ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Герой романа Владимира Угрюмова, начинающий предприниматель, взял за правило сторониться в своем деле любого криминала. Однако обстоятельства сложились так, что он невольно затронул интересы мощног... Дикий Владимир Угрюмов Эту книгу я посвящаю своим друзьям Комарову Юрию, Равилову Роману, Рафизу, Калинину Борису. А также всем парням в зоне и на воле, погибшим и живым из братвы. Владимир Угрюмов Мне кажется, что я нормальный, положительный человек. Но когда я говорю слово «человек», что-то во мне сопротивляется, а что сопротивляется — я не знаю. Помню слово «перестройка». Не могу сказать — связано оно с тем, как я заколачивал гвозди и пилил лес, или нет? Какие-то клетки в моем мозгу говорят: — Я никогда не мочил обычных людей и никогда не стану! Но обычный человек — это просто прохожий. Прошел мимо — и все. Мы просто не нужны друг другу. Девушек я люблю больше, чем прохожих. Я не сразу научился быть с ними раскованным. Только долго с ними нельзя. Дались мне эти девушки! Кто они вообще такие? Так и лежу целыми днями и читаю фантастику Пушкина.. Даже самые большие деньги кончаются в самое неподходящее время. Большие или нет, но, начинались они легко. Двигались тяжеловато. Это я о перестройке, о кооперативах то есть. Народ стал осматриваться, приглядываться, надеяться, что-то делать. Кто-то поднялся, кого-то сожрали. И я попробовал. Посмотрел на себя как-то в зеркало — высокий, крепкий, светлая челка набок. «В чем проблема? — подумал. — Нет проблем!» Открыл, короче, кооператив, устроил комиссионный магазинчик на Моховой. В Питере таких открылось навалом, но, несмотря на конкуренцию, на хлеб с маслом хватало. Дела пошли потихоньку. Ходил, правда, пешком, на машину не вытягивалось. Надеялся на лучшее, старался. Только в этом все-таки ошибался. Оказывается, нельзя на хорошее надеяться. Появились на горизонте лица, как теперь говорят, кавказской национальности. Предложили хо

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Постепенно все собрались. Леха еще накануне прибыл. С ним Инна-русалка. С Андреем тоже милая девушка. Все приоделись, все выглядят «на миллион долларов», как говорят американцы.

Мы садимся за стол и говорим тосты. Поздравляем друг друга с наступающим Новым годом и прощаемся со старым. Я даже сделал себе поблажку — выпил несколько глотков шампанского. В углу комнаты работает телек. Еще не решили, какого президента нам слушать перед курантами — русского? украинского?

В соседней комнате Леха затеял танцы. Танцует со всеми девушками подряд. А я не умею. Когда-то в школе, помню, танцевал, кажется танец конькобежцев. Почему конькобежцев? Что за танец? Не помню, забыл.

Когда девушки решают убрать со столов лишнее, оставить только шампанское, кофе и фрукты, мы мужской компанией удаляемся в танцевальную комнату поговорить по душам.

— Ну что, — говорит Николай, — давайте прикинем, как будем жить в следующем году.

Мы сидим на диване и в креслах, курим.

— Я принципиально против наркоты, — начинаю первым. — Это деньги. Я не спорю! Но у меня к этому бизнесу сердце не лежит. Какие есть мнения?

Народ пока отмалчивается.

— Надо организовать Лехино хозяйство, — продолжаю. — Создать мощную бригаду, натаскать парней для крутых разборок, если понадобится.

— Подброшу пару-тройку инструкторов спецназа, — произносит Валера.

Валера, я знаю, не обманет.

— Хороший бизнес сейчас по угону машин, — предлагает Андрей. — По угону машин в Германии. Что-то уже отработано с налогами. Есть связи на таможне и в ГАИ.

— Но необходимо и солидное дело, — вмешивается Николай. — Ворованные тачки — это так, семечки. Скажи, Валера, — обращается он к нашему киевскому другу.

Валера кивает, гладит рукой подбородок, начинает:

— Предлагаю войти со мной в долю и заняться оружием. Перспективный бизнес.

— В принципе интересно, — соглашаюсь я.

— У меня есть свои интересы в Карелии. Там полно воинских складов. Местные вояки их разворовывают потихоньку. Мы с Николаем уже кое-что делали там.

Вспоминаю, как Николай предлагал мне ящик «стечкиных», и сразу верю.

— А что делать с теми, кто по наркоте здесь работает? У них бригады будь здоров. Они после киевской стрельбы быстро восстановятся. Что с ними делать станем? — предлагаю я тему для размышлений.

— Можно с ними добазариться, — говорит Леха.

— А как? — спрашивает Валера.

— Вот именно, — поддерживаю я. — Это же московские каналы! Узбекистан. С ними, пожалуй, добазаришься.

— Если их мягко бросить в сторону, — кивает Николай, — то будет война. Тут или уступать позиции, или… или мочить всех.

— Мочить! — говорю я. — Пока будем мяться, нас самих всех перестреляют.

Все высказываются по кругу, и все согласны: война дело рисковое и дорогостоящее, но если не очистить территорию, то нам самим не жить.