ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Алекс Зимин, экс-боец Иностранного легиона, волею судеб становится обладателем могущественного артефакта и невероятным образом перемещается в иной мир, где оказывается втянутым в многовековую междо... Миротворец Александр Сергеевич Арсентьев Книга первая СЕРДЦЕ БОГА ПУТЬ В ЭННОР Сегодняшний день складывался неудачно с самого утра. Открыв глаза и обнаружив, что лучи утреннего солнца подмигивают мне сквозь неплотно запахнутые тёмные шторы, я с горечью понял, что треклятый будильник вновь профилонил. В сотый раз напомнив себе о необходимости покупки нового, я, как ужаленный, вылетел из постели, напугав при этом кота, спавшего у меня в ногах. Он недовольно куснул меня за пятку и завел свою обычную утреннюю песнь о нехватке еды в его мисках. Из-под одеяла выглянул очаровательный и недовольный голубой глаз, полуприкрытый белокурым локоном. — Никак не могу привыкнуть к твоим утренним катапультированиям, — капризным сонным голосом произнесла Юлька — прелестная девушка, с которой мы встречались уже шесть месяцев. — Доброе утро, солнце! — Я нежно поцеловал её в недовольно наморщенный носик, ущипнув одновременно под одеялом за мягкое место. — Подъём, мы опаздываем! Ополоснувшись под душем и уступив ванную сонной Юльке, я быстро соорудил на кухне нехитрый завтрак. Не забыл и про кота, который кружил возле меня, словно акула, почуявшая кровь — вскоре он уже довольно урчал, «в поте лица» трудясь над своей тарелкой. Юлька появилась из ванной в тот момент, когда я уже допивал третью чашку кофе. Я невольно залюбовался ею: обольстительное тело завернуто в коротенькое полотенце, жизнерадостная улыбка озаряет по-детски милое лицо, белокурые волосы роскошным водопадом покрывают загорелые плечи. Я, в который уже раз, возблагодарил высшие силы за то, что полгода назад они привели меня в парикмахерскую, где работала Юля. До этого судьбоносного дня меня стригла соседка с шестого этажа — страд

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Осторожно, пытаясь не привлекать к своим движениям внимания, я попытался дотянуться до рукояти цепи, одновременно испуганным голосом запричитав:

— Зачем вам меня убивать? Я могу всё это забыть, как страшный сон. Прошу вас, оставьте мне жизнь!

— Мне даже жаль тебя, парень, несмотря на то, что ты убил моего напарника. Ты оказался не в то время и не в том месте. Извини, — с этими словами он навёл на меня ещё дымящийся ствол.

Пока противник разглагольствовал, рукоять цепи плотно легла в мою ладонь. Удивительно, но через неё в моё тело потекли волны животворящей энергии. Я стремительно изогнулся, уходя от страшного удара из орудия незнакомца. Одновременно я захватил цепью запястье руки, державшей оружие. Убийца глухо вскрикнул, послышался треск перетираемых костей. Прижав парализованную руку к телу, он упал на колени, здоровой рукой пытаясь нашарить в траве выпавший пистолет. Я не дал ему на это времени — свободный конец цепи я обмотал вокруг шеи нападавшего. Цепь, потрескивая, начала свою смертоносную работу. Зрелище было не из приятных — постепенно отделяющаяся от тела голова, выкрикивающая проклятья на незнакомом мне языке. Когда удавка завершила своё грязное дело, я снял её с обезглавленного туловища, осторожно осмотрел рукоять и обнаружил, что она поворачивается вокруг своей оси. Доведя до крайнего положения, которое со щелчком зафиксировалось, я увидел перед собой обычную цепь — ни свечения, ни потрескиваний. Я положил её в карман брюк, закрепив рукоять под ремнём таким образом, чтобы, в случае чего, быстро её достать. Подобрал я так же и странного вида пистолет с мощным коротким стволом и горящим индикатором. Повертев его немного в руках, я разобрался, как поставить оружие на предохранитель. Индикатор боеготовности погас.

Внезапно я вспомнил о старике — в пылу борьбы я почти про него забыл. Подбежав к неподвижному телу, я склонился над ним. К счастью, дед ещё дышал.

— Ну вот, отец, мы и снова встретились. Как ты?

Умирающий открыл глаза и твёрдым голосом произнёс:

— Вот что, парень, слушай меня внимательно! Ты должен сейчас же увезти меня отсюда на безопасное расстояние. Не стой, как истукан, это и в твоих интересах тоже, если ты, конечно, не хочешь остаться здесь ожидать соратников этих двоих ублюдков!

Я был потрясён. Куда подевался тщедушный старичок, которого я успокаивал утром? Сейчас передо мной был хотя и пожилой, но очень уверенный в себе человек. Перечить ему почему-то не хотелось. Я с трудом перенёс его в свою машину — широкий дедовский плащ скрывал железные мускулы. Старик зашёлся в приступе кашля, рукавом оттирая кровь, выступившую на губах.

— Отец, может в больницу тебя? Ты плох совсем! — обеспокоенно спросил я.

— Врачи мне уже не помогут.