ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Середина IX века. Далеко на севере Норвегии растет и мужает Хельги, сын местного ярла Сигурда. Он пока ничем не отличается от своих сверстников, но кое-кто уже знает: сыну ярла суждено стать князем... Сын ярла Андрей Анатольевич Посняков Глава 1 КЛЯТВЫ 1 августа 855 г. Северная Норвегия (Халогаланд) Первый совет мой — С родней не враждуй, Не мсти, коль они Ссоры затеют… Совет мой второй — Клятв не давай Заведомо ложных. «Старшая Эдда». Речи Сигрдривы Длинная стрела из черненого ясеня, просвистев, перелетела через весь фьорд — серый, колыхающийся холодным прибоем — и, зло задрожав, впилась в ствол толстой сосны, росшей на круче, у самого берега. Пестро-серый дятел, перестав долбить кору, озадаченно прислушался, поводил длинным носом, потряс красной макушкой: не по его ли душу охотник? Или, еще хуже, мальчишки балуются? Не хотелось бы попадаться к ним в руки — все перья повыщиплют для своих мерзопакостных стрел, хоть, видят боги, мелковаты перья у дятла, не очень-то подходят для оперения боевых стрел, куда уж лучше ворон или орел, да сойдет и беркут, все лучше, чем дятел или там дрозд… Для боевых стрел… А для игр — и от дятла сойдут перья, потому и осматривался сейчас подозрительно краснобровый красавец: не видать ли где поблизости шумного мальчишечьего народа, от которого ждать ему одних пакостей. Нет, судя по беспечно скачущим у самой кромки прибоя тяжелым беловато-серым чайкам, все было в порядке. Дятел еще немного пооглядывался, поводил носом и снова принялся за свою бесконечную работу. Напрасно беспокоился дятел. Мальчишек здесь не было и в помине. А вот на противоположном берегу — а место это было одно из самых узких — сжимая в руках длинный тисовый лук, на скале, обрывающейся круто в воду, стоял высокий юноша в короткой оленьей куртке, с развевающимися на ветру волосами, белыми, словно лен, с серыми, как низкое небо, глазами. Тонкие губы его кривила презрительная

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Дескать, ничего не хотим плохого. Хотим только переговорить с многопочтенным хозяином Скьольдом, слава о мудрости которого достигла и ушей Хастейна ярла. Скьольд, до поры до времени таившийся в кустах, решился все-таки показаться. А что делать? Захотят сжечь его усадьбу, так сожгут. Правда, тем временем весь скот угонят люди Скьольда в дальние леса, увезут все богатство, так что потом приходите, жгите. Черт с ним, с домом, да амбарами, да коровниками. Уйдете — другие выстроим. Время было нужно Скьольду, время. А что Сигурда разоряют — так это вообще прекрасно, самым главным конкурентом меньше.

— Что надо от меня славному Хастейну ярлу? — окруженный воинами, спустился к пиратским лодкам Скьольд.

— Хастейн ярл совсем не хочет с тобой ссориться, — улыбаясь, заверил его один из викингов, высокий, со светлой, аккуратно подстриженной бородой. — Сигурд — его давнишний враг, попортивший ярлу немало крови. Да ты, должно быть, и сам слышал об их старой вражде?

Скьольд кивнул, хотя ни о чем таком не слышал.

— В знак дружбы прими от Хастейна ярла вот этот плащ. — Высокий обернулся и, взяв поданный воинами сверток, с поклоном протянул его Альвсену. Тот, быстро отступив назад, развернул сверток… и не смог сдержать довольной ухмылки: уж больно хорош был подарок. Из тонкой, явно фризской, шерсти, ярко-синий, вышитый по краям золотой проволокой. Такой плащ стоил немало.

— Скажи Хастейну ярлу: их дела с Сигурдом меня не касаются, — держа подаренный плащ под мышкой, ласково улыбнулся Скьольд.

Проводив викингов, он помахал им рукой с такой же блаженной улыбкой, а как только те скрылись из виду, обернулся к своим с жуткой гримасой:

— Ну, что встали, бездельники? Скорей бегите на птичник — чтобы к полудню ни одного гуся не осталось в усадьбе, ни одного цыпленка, ни одной уточки.

— Уж всяко успеем до полудня! — клятвенно заверил хозяина один из воинов.

— Смотрите у меня. — Скьольд и сам знал — успеют. Так просто кричал, для порядка. Успеют. А после полудня — приходи, Хастейн, жги, дурачина! Вот, еще и плащик подарил, глупый. Хороший плащик…

Посмеиваясь, Скьольд бросил взгляд в конец фьорда, где от усадьбы Сигурда уже поднимались к небу клубы черного дыма.

Расставив вокруг воинов, Хастейн Спесивый с разбега забрался на крышу длинного дома Сигурда. Битва подходила к концу — ну долго ли могли сопротивляться профессиональным разбойникам мирные — в основной своей массе — люди ярла? Самые яростные защитники — воины Эгиля — давно уже нашли свою смерть, кто-то был ранен, а кое-кто из числа слуг поспешил сдаться в плен.

Старый ярл, с мечом в руках, ждал приближения врага и улыбался. Все болезни словно покинули его, вернув для последнего боя былую ловкость и силу.