ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Его никто никогда не видел. О нем говорят шепотом. И тянется за ним длинный кровавый след.Участники секретной операции, проводимой ФСБ, не догадываются, что на самом деле втянуты в опасную игру, затея... Зверь Иван Владимирович Сербин «… — О, Джордж! — Она поглядела мимо него на дверь детской комнаты. — Эти львы… Они ведь не могут выйти оттуда? В ее глазах ясно читался испуг. Он тоже посмотрел на дверь — та вздрогнула, словно от удара изнутри. — Разумеется, нет, дорогая, — ответил он». Р. Брэдбери. «Вельд». «— Почерк обвиняемого? — спросил другой присяжный. — Нет, — отвечал Белый Кролик. — И это всего подозрительней». Л. Кэрролл. «Алиса в Стране чудес». Начинается день: начнем и мы устраивать на этот день дела и празднества нашего всемилостивейшего повелителя, который еще изволит почивать. Lʼordre du jour pour le roi [1] (фр.). Ф.Ницше Мужчина взглянул на него, достал из кармана сигарету, зажигалку и прикурил. Он спокойно смотрел на Стрелка, а тот поднимал пистолет. Деловито-быстро, словно выполняя обычную, рутинную работу. Руки у него практически не дрожали, и это было хорошо. Убить надо с первого выстрела. Другого ему не дадут. Одно, всего лишь одно нажатие курка. За спиной уже слышались дробные шаги. Плечистые были совсем рядом. Поймав мишень на мушку, Стрелок спокойно потянул спусковой крючок. Раскатисто-сочный выстрел прокатился между домами. — Какие? Старик внимательно посмотрел на монитор. Он словно решал, выложить ли не очень-то сладкую правду «гостю» сразу или, щадя нервы, выдавать крохотными «китайскими» порциями. Старик всерьез сомневался в уравновешенности «гостя», в его способности руководствоваться умом, а не чувствами. Дело осложнялось еще и тем, что в комнате «гостя» телекамера была установлена в углу, под самым потолком. Получался вид справа сверху. Старик не видел глаз и выражения лица собеседника, а значит, не мог следить за его реакцией и не понима

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— А если я все-таки откажусь?

— Не откажетесь, — вежливо ответил молодой и, вторя напарнику, улыбнулся: — Ну, а если все-таки откажетесь, мы не будем настаивать. Через семь, максимум десять минут подъедут сотрудники милиции и увезут вашу дочь. Дело простенькое, поэтому судебное заседание будет назначено, вероятно, на начало следующей недели. Так?

Он посмотрел на напарника. Тот, не отрывая сосредоточенного взгляда от внезапно вытянувшегося лица Гектора, кивнул:

— Точно. Приблизительно на вторник. На одиннадцать двадцать утра. Возможно, я даже смогу угадать состав суда. Прокурор будет требовать для вашей дочери что-то в районе десяти лет. Защита скорее всего станет возражать, но суд, вероятно, решит, что с убийцами следует обходиться построже, и даст приблизительно одиннадцать лет усиленного, вероятно, режима.

Гектор ринулся на говорящего. Он все-таки в прошлом был спортсменом, к тому же неплохим. Однако сейчас ему не повезло. Каменный легким нырком уклонился от удара и, коротко размахнувшись, ткнул Гектора кулаком в межреберье. Тот, по-рыбьи распахнув рот, переломился пополам и рухнул на колени. Захрипел, пытаясь вдохнуть. Фээсбэшники спокойно наблюдали за ним.

— Может, еще добавить? — философски поинтересовался у напарника «Голем».

— Не надо. Мы же не звери.

Оба засмеялись. Гектор посмотрел на них снизу вверх, поднялся с трудом, несколько раз глубоко вздохнул, нормализуя дыхание.

— Что же это вы, Гектор Наумович, на сотрудника органов с кулаками бросаетесь? — укоризненно покачал головой Красавец. — Ну не хотите сотрудничать, так и скажите: не хочу, мол. А в драку лезть нехорошо. Что подумают соседи? Ладно, перейдем к делу. Насчет сотрудничества. Вы принимаете наше предложение?

Гектор кивнул, чувствуя, как стыд жжет ему щеки. Он ненавидел себя за то, что соглашается. Ненавидел этих двоих за то, что заставили согласиться. Ненавидел весь мир, который припер его к стенке.

— Чудесно, — доброжелательно сказал молодой. — Да не краснейте, Гектор Наумович, как кисейная барышня. Вы еще хорошо держитесь. Кое-кто из вашей группы так и вовсе голову терял. Приходилось по нескольку зуботычин давать, прежде чем снова начинали соображать.

— Ладно, проехали. Что дальше? — спросил Гектор, разглядывая испачканные на коленях выходные брюки и заляпанные грязью полы плаща.

— Дальше, Гектор Наумович, вы познакомитесь с вашей ударной командой.

— Сколько в ней человек?

— Шестеро, включая вас.

— Кто остальные?

— В основном, как и вы, бывшие спортсмены. Сломавшиеся или просто вышедшие в тираж. Пара цирковых артистов. Тоже бывших, разумеется.

— А почему именно мы? У вас, насколько мне известно, есть отличные боевые группы. «Альфа» там, другие разные…

— Есть, — согласился молодой. — И «Альфа», и другие.