И Лара бесстрастно и спокойно рассказала, как умер Магнус Хаук.
Диллон ничего не ответил, только кивнул.
— Лежа на смертном одре, Магнус заставил их всех поклясться уважать меня и принять мое правление, — сказала Лара своему первенцу. — Конечно, будет казаться, что у власти находится Тадж. Сам понимаешь, как теране относятся к женщинам. Магнус знал, что произойдет, если он назначит регента. Я не хочу ломать их традиции.
Диллон усмехнулся.
— Верно, — согласился он. — Но как ты справишься с теми, кто уже видит себя у власти?
— Думаю создать особую группу советников для нового доминуса, — поделилась Лара. — Возможно, у кого-нибудь из них в голове родятся интересные предложения, но последнее слово, окончательное решение останется за доминусом.
— Разумно, — согласился Диллон, — но как они воспримут то, что ими будет руководить женщина?
— Насколько это будет возможным, я постараюсь остаться в тени. Марцина говорила, что я стану королевой теней. В любом случае все должны считать, что Тера находится под властью Таджа, — пояснила Лара. — В конце концов, советники забудут обо мне, чего я и добиваюсь. Несомненно, старшие сестры Магнуса захотят привлечь своих мужей, а мне бы хотелось включить Коррадо. Думаю, будет лучше, если совет останется малочисленным и легкоуправляемым, не так ли? Три дяди доминуса — и больше никого.
— Точно! — согласился сын. — Ты будешь говорить правду Тостигу и Армену?
— Да, конечно. А что они скажут своим женам — это только их дело. — В зеленых глазах Лары мелькнул озорной огонек. — Ну, коли ты узнал обо всем, что хотел, тогда давайте сядем да поедим. Нас ждет тяжелый день. Я должна со всем управиться до завтра, а потом мне предстоит сидеть у ног Магнуса и принимать соболезнования от всех, кто придет с ним проститься, а потом пылающий корабль унесет его в свой последний поход в море. — Она повернулась к невестке: — Спасибо, что пришла, Синния. — Оглядев дочерей, Лара подарила им едва заметную улыбку: — Мы вместе, доченьки мои, это единственное, что имеет сейчас значение. Тадж, займи место главы за семейным столом. Ты теперь не кто иной, как доминус Теры и хозяин этого дома. А я останусь сидеть на своем привычном месте напротив доминуса, пока он не приведет в дом жену. А ты, Диллон, сядь по правую руку от брата.
— А я сяду по левую, — вмешалась Марцина, не дав матери продолжить.
— Ты самая младшая из нас, — заметила Загири, но не стала возмущаться.
— Мы все одной крови, — ответила Марцина, — но мы с Таджем двойняшки, у нас с ним больше общего, чем у кого-либо из вас. Мы вместе делили утробу матери.
— Оставайся на своем месте, Марцина, — спокойно обратилась Лара к дочери. — Ануш и Загири, сядьте по разные стороны от меня, а Синния сядет рядом с мужем.






