ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Овдовев по жестокой иронии судьбы, Лара, домина Теры, став негласным регентом, королевой теней, своего несовершеннолетнего сына, обнаруживает, что Тьма вновь набирает силу в лице Сумеречных близнец... Королева теней Бертрис Смолл Пролог Магнус Хаук, доминус Теры, умирал от раны на борту нового корабля капитана Коррадо. Рядом лежал, тяжело раненный, его зять. Во время установки грот-мачта раскололась и при падении задела двух человек. Коррадо, отскакивая в сторону, получил многочисленные переломы костей и серьезное повреждение правой ноги, но это было не смертельно. Доминусу повезло меньше, мачта всей тяжестью обрушилась прямо на него. Тем не менее, он продолжал усиленно цепляться за жизнь. — Лара, — позвал он задыхаясь. — Приведите Лару. Хауку не пришлось просить дважды. Понимая, что горя не избежать, второй помощник капитана бросился на берег в поисках домины. Не успел он добраться до ворот замка, как увидел Лару. Она бежала к месту происшествия. Помощник капитана готов был поклясться, что Лара быстро и легко вспорхнула на палубу корабля, потому что ее ноги едва касались земли. Она опустилась на колени рядом с мужем. Ей хватило одного взгляда на Хаука, чтобы понять — жить ему осталось недолго. — Магнус, любовь моя, — проговорила она, отбрасывая с его лба прядь густых золотистых волос. — Я здесь. Снова смерть бросила ей вызов. Будь она проклята! Лара чувствовала ее приближение. Как же она не хотела терять этого мужчину, но даже она была не в силах исцелить такие тяжелые раны. Одному лишь Небесному распорядителю подвластно управлять жизнями смертных. При звуке ее голоса Хаук открыл бирюзовые глаза. — Приведи мою мать, нашего сына Таджа и Калига. Сейчас же, — прозвучал нетерпеливый хриплый голос Хаука. — Я долго не протяну. — Я останусь с тобой до конца, — ответила Лара. Она ничего не могла для него сделать. Ларе хотелось самой отправиться на небеса, которые забирали у

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В ногах кровати появился сундук из черного дерева, обитый по краям медными пластинами. Лара улыбнулась. Все было превосходно.

Сбросив с себя белое платье, она вышла из шатра и окунулась в прохладные воды бассейна. Песок под ногами оказался таким же мягким, как в былые времена. Лара не спеша проплыла вдоль бассейна и встала под водопад, ледяной поток тут же намочил золотистые волосы. Доплыв до другого конца бассейна, она вышла из воды. Теплые солнечные лучи ласкали обнаженное тело. Лара глубоко вздохнула. Это было великолепно. Несколько дней она побудет в одиночестве, вдали от всех забот. Место, которое будило в ней трепетные воспоминания о молодости, лучше всего подходило для отдыха и восстановления сил. Вернувшись в шатер, Лара легла и проспала несколько часов.

Когда она проснулась, была уже глубокая ночь. Лара вышла из шатра и напустила на оазис защитные чары. Она решила не разжигать огонь. Несмотря на то, что оазис Зирун находился в стороне от дороги, Лара не хотела, чтобы костер привлек внимание случайных путников, блуждавших ночью по пустыне. Она наколдовала жаровню, чтобы в шатре было тепло, потом — небольшой ломоть теплого хлеба и немного сыра, которые с удовольствием съела с фруктами. Насытившись, она снова легла на кровать и проспала до середины следующего дня.

И течение трех дней Лара следовала одному и тому же ритуалу. Она ела, спала и купалась, время от времени на несколько минут выходя под палящие лучи солнца пустыни, чтобы позагорать. Лара чувствовала, как с первого же утра, проведенного среди песков, к ней стали возвращаться силы. На четвертый день, войдя в шатер, Лара обнаружила там Калига, разлегшегося на ее постели.

— Милорд?! — удивленно воскликнула Лара, увидев принца.

Она подошла к сундуку, достала бледно-зеленое газовое платье и надела его.

— Неужели ты думала, что, приехав во владения принцев-теней, тебе удастся утаить от меня свое пребывание? — На губах Калига заиграла чарующая улыбка.

— Разве мне требуется твое разрешение, чтобы приехать в Зирун? — Лара потянулась за маленькой гроздью красно-лилового винограда и, отрывая одну за другой сочные ягоды, принялась их есть.

— Почему ты не сказала мне о своем прибытии? — спросил он.

— Мне хотелось побыть в одиночестве. Я была морально и физически истощена, с трудом оправилась от потрясения, вызванного смертью мужа, — честно призналась Лара. — Иногда человеческая природа, которая досталась мне от отца, подавляет мою магическую сущность, Калиг.

— Я бы хотел, чтобы ты отправилась в Шуннар, — сказал он.

— Но я не хочу к тебе в замок, — возразила она. — Я бы с удовольствием осталась в одиночестве, чтобы восстановить силы и душевное спокойствие. Не хочу, чтобы меня отвлекали мысли о семье, о долге и Тере.