В отличие от других оккупационных войск Исфира — те были простыми пехотинцами, в основном из числа мобилизованных.
Наконец, солдаты, собрав трофеи, забрав своих раненых — тех, что не смогли вылечить маги — медленно пошли в лагерь. Не было радости победы. Было лишь опустошение, боль, и смертельная усталость. Хотелось упасть и не шевелиться, и чтобы никого вокруг — совсем никого. Ни командиров, ни сослуживцев солдат, а только небо, солнце и облака…чтобы жужжали пчёлы, чирикали птички и не было запаха крови, пота, немытых тел и трупов.
Войдя в лагерь, солдаты сразу начали готовить еду, а стражники, оставив дежурных, отправились хоронить погибших. Хоронили их обычно в одной могиле, уложив рядами, друг на друга. Никаких памятников не ставили, ничем могилы не обозначали…из праха пришёл, в прах ушёл. Большинство из тех, кто служил в корпусе, были сиротами, одиночками, о которых никто не вспомнит и не заплачет.
— Ты жив! — Жересар и его сыновья обступили Неда, обнимая и похлопывая по плечам. Лекарь тут же заметил прорехи в кольчуге и встревоженно спросил:
— Что?! Ранен? Пошли. Раздевайся, я тебя осмотрю. Пойдём, пойдём!
— Не нужно…со мной всё нормально! — попытался сопротивляться Нед, но Жересар насильно втащил его в палатку и принялся стаскивать броню. Через минуту Нед стоял по пояс голый, а лекарь внимательно смотрел на его бок, на плечи, на спину…его брови поднимались всё выше, будто он увидел что-то невероятно, потрясающее — морского змея или летающего человека.
— Это что?! — потрясённо спросил он — это как? Хаген, Наскар — посмотрите! Вы ничего не видите?
— А чего, пап? Ну шрамы, да. Здоровские шрамы. Вы где их получили, мастер? — с интересом спросил Хаген — вот этот как от копья, а этот — от меча, порезано. И тут…и тут…всё тело в шрамах. Давнишние.
— У него не было этих шрамов, когда он поступил в корпус — хмуро бросил Жересар — это недавние. Но этого не может быть. Я видел его несколько недель назад без этих шрамов. Они выглядят так, будто им много, много лет. И ещё — они рассасываются. Рубцовая ткань исчезает почти на глазах. Нед, может пояснишь, как это получается?
— Вы, лекарь, не можете пояснить — улыбнулся Нед — а простой сержант должен знать? Нет, не могу сказать.
— Не можешь, или не хочешь? — спросил лекарь, глядя Неду в глаза — потом вздохнул и покачал головой — ладно, отдыхай. Нам ещё с ранеными заниматься надо. Потом поговорим.
— Хорошо — пожал плечами Нед, и стал натягивать пропитанную кровью рубаху. Она неприятно царапала тело и Нед подумал о том, что надо бы постирать барахло.






