ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Джесси Келлерман, автор «Гения», «Философа» и «Зноя», продолжает увлекательную игру в жанры и бестрепетно ступает на территорию Альфреда Хичкока и его последователей. «Беда» — классический триллер... Беда Джесси Келлерман Часть первая Хирургия 1 Четверг, 19 августа 2004 Отделение гастроэнтерологии, первая неделя практики Джона Стэм услышал крик… Два сорок пять утра, он шагал по Таймс-сквер в поисках новых кроссовок. Крутые, крепкие «Рокпорт Уокерс» пережили два года теоретической медицины, но пали жертвой физиологических жидкостей уже в самом начале практики. Безнадежно испорченные, они хлюпали на ходу, оставляя влажные следы, точно парочка улиток-переростков. Среди обретенных обувкой новых особенностей бросалась в глаза — точнее, шибала в нос — вонь человеческого дерьма. Всего-навсего обувь. Сама по себе гибель «Уокерсов» Джону почти не печалила, огорчало очередное доказательство собственной профнепригодности, как будто и без того ему ежеминутно не тыкали — опять же в нос — тем или иным промахом. За пришедшую в негодность обувь, как и за все в своей жизни, Джона привычно винил только самого себя. Правила он знал, читал Книгу, внимал призракам Третьего Курса: закончил смену — первым делом ВЗД, вон-за-дверь. Cito, citissimo. [1] Промедлишь, попадешься — мертв по прибытии. Особенно на практике в хирургии. Хирурги, то бишь ординаторы хирургического отделения, плевать хотели на тот факт, что твоя смена закончилась двадцать минут назад. А лечащим врачам и вовсе на тебя плевать. Им нужна помощь — пошевеливайся. Единственный способ спастись — вылететь из больницы на сверхзвуковой скорости, едва отдежурил. А он задержался. Ему предстояло оттрубить в этом отделении двенадцать недель, и Джона решил осмотреться на досуге. Задавая вопросы — даже самые невинные, вроде «Где мы встречаемся?» или «Как пройти в туалет?», — выглядишь плохо подготовленным. Сам даешь им в руки дрючок, ко

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но как бы ни хотелось добавить до кучи гибель Марисы Эшбрук, он еще соображал, что «я раскрыл убийство десятилетней давности» — верный признак безумия, а он-то старался излучать Рациональность, время от времени разрешая себе выплюнуть разумных размеров окатыш Паники в виде напряженного хихиканья.

Вроде бы удалось: не прошло и часа, как к нему наведались двое полицейских в форме, приземистый крепыш и женщина с обвисшей грудью и кроткими коровьими глазами. Офицеры Деграсси и Виллануэва, представились они.

— Я вас знаю, — сказал Деграсси. — Супердок.

Не дослушав повторный рассказ Джоны, они посулили разобраться.

— Позвоните, если она снова станет вам докучать, — предложила Виллануэва, вручая ему визитку.

— Вот и правильно, — похвалил Белзер, — пусть разбираются.

— А мне ждать, пока она что-нибудь

сделает

?

— Ты в Нью-Йорке, дорогой.

Понадобилась одежда, и в тот вечер он заглянул на квартиру. К его изумлению, там был и Ланс — уже два дня как.

— Ты же сказал, что поселишься у Руби, — напомнил ему Джона.

— Я солгал, чувак. У меня тут всякие вещи.

— Здесь небезопасно.

— Так зачем ты-то вернулся?

— Возьму носки и тут же уйду. И ты со мной.

— Чувак, я всячески «за».

— Врешь ты все, — сказал Джона. — Ты уже так говорил, а сам…

— Тогда я тебе не поверил.

— А сейчас поверил?

Ланс помедлил:

— Я тебе кое-что расскажу, только ты не бесись.

— Что?

— Обещай, что не будешь злиться.

— Как я могу знать, буду или нет? — удивился Джона. — Мало ли.

— Так я не могу. Мне требуется свидетельский иммунитет.

Джона вздохнул:

— Ладно, выкладывай.

Они прошли в студию, и Ланс включил свою аудиовидеосистему.

— Я обнаружил это сегодня, когда отсматривал съемку для второй части главных хитов самоменталистики.

Он открыл папку, нашел файл, нажал кнопку. В кадр вплыла гостиная с пометкой 11/29/04 7:13 PM.

— В тот вечер мы ушли из дома. — Ланс стал быстро прокручивать, время на экране большими прыжками приблизилось к 9.00. Ланс ткнул в Play.

Все та же гостиная на экране.

— Я не… — начал Джона.

— Смотри.

В девять часов одну минуту послышался глухой стук. Угол обзора камеры не давал разглядеть, откуда исходит шум. С пожарной лестницы? Они ведь все закрыли, прежде чем покинуть корабль.

В кадр вошла Ив.

Джона так и крякнул:

— Мать твою!

Она прошлась по гостиной, ни к чему не притрагиваясь. На несколько минут застыла у дивана перед окном.

— Не знаю, что она там нашла интересного, на что смотрит, — прокомментировал Ланс.

— Я знаю, — сказал Джона. — Музей человеческих слабостей.

В девять десять она вышла из кадра.

— Не понимаю, — сказал Джона. — Окно…

— Целое, верно? Ща увидишь. — Ланс схватил пульт и начал прокручивать рывками по минуте.

Фигура Ив на экране дергалась и металась и в одиннадцать сорок восемь выскочила из гостиной.

— Она ушла тем же путем, каким пришла.