Лу уняла дрожь в руках, подняла поднос и понесла его по переходу к веранде. Туда, где из-под двери кабинета вырывалась тоненькая полоска света. Она робко постучала, дождалась приглашения войти, уравновесила поднос на поднятом колене и повернула ручку двери.
Стивен Брайент сидел за большим письменным столом. Перед ним лежал раскрытый гроссбух, а кругом были разложены аккуратные стопки бумаг. Настольная лампа над его головой отбрасывала свет на жесткие темные волосы, иссиня-черные там, где не просохли после душа. Лу почувствовала, что сердце ее предательски дрогнуло при виде сурового красивого профиля, упрямого подбородка, загорелых рук и спокойной силы крупного мужского тела. Стивен, небрежно откинувшись в вертящемся кресле, выглядел так, словно ничто и никогда его не испугает и не заставит сдаться. Ему не понять, что значит чувствовать себя испуганной, затравленной ланью, не уверенной в себе, разуверившейся в людях и одинокой.
— Поставьте его там, на стол… спасибо, мисс Стейси, — пробормотал Стивен рассеянно. Он не поднял глаз, не увидел красивой посуды, свежей салфетки, сверкающего прибора, миленького букетика на фоне темных блестящих листьев. Не увидел он и непривлекательного главного блюда! Лу рада была поскорее убежать.
Вымыв посуду после трапезы мужчин и приготовив стол для завтрака, Лу медлила идти забирать поднос. Когда, наконец, в кухне не осталось ни одного дела, которое она могла себе придумать, девушка неохотно вернулась в кабинет. «Сейчас начнется!» — мрачно подумала она. И правда, началось.
Стивен Брайент повернул свое кресло и уставился на нее.
— Садитесь, мисс Стейси, — скомандовал он, указывая на коричневое кожаное кресло по другую сторону стола.
Лу послушалась, смиренно сложила руки на коленях и смотрела на них, будто они могли как по волшебству перенести ее за тридевять земель или, по крайней мере, сделать невидимой для этого холодного серого взгляда.
— Вы ведь англичанка, да?
Лу вздохнула. Допрос начался.
— Да.
— Что вы делали в Сиднее?
— Ну, я… я…
«Почему я должна перед ним оправдываться? — внезапно взбунтовалась Лу. — Не его это дело, чем я там занималась. Я ему ничем не обязана. Это меня подставили и обманули, а я никогда не смогу рассказать о Дике и этом ужасном деле».
— Ну, мисс Стейси, — сурово напомнил он о себе. — Должны же вы были как-то зарабатывать на жизнь, и делали это явно не в качестве поварихи… — Не дождавшись ответа, Брайент продолжал: — У вас есть рекомендации от ваших прежних нанимателей?
Лу покачала головой.
— Тогда, может, вы имеете опыт работы поваром? — протянул он лениво-насмешливо.






