ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

На далеком севере России, среди бескрайней тайги, стоит безлюдный город-призрак. Здесь индустриальный турист Саша становится участником ужасающей пляски смерти. Мертвые улицы превратились в большой па... Ёж Алексей Антонов Глава 1 Я стоял у окна и смотрел за горизонт, туда, где медленно садилось солнце. Багровый летний закат скользил вдоль черных верхушек деревьев, отбрасывая длинные тени на растрескавшийся асфальт. Призраки заброшенного города плыли по улицам, поднимая мусор в воздух, закручивая его в медленном танце. Мои мысли были отброшены на несколько десятков лет назад. Я видел эти улицы, наполненные людьми: женщина в белом платке спешила в магазин за молоком, у самого дома стояла машина, под которой копался засаленный мужичок в кепке, непрерывно куря сигарету. Это были восьмидесятые или начало девяностых, точно сказать я не мог. Детвора шумно носилась с мячом по двору, с тем самым мячом, что сейчас прижался к полусгнившему забору, он уже давно испустил последний воздух и выцвел с годами. Я силился понять, что же произошло в этом забытом богом месте, понять, почему тот самый мяч был здесь брошен и забыт. Позади меня раздался свист кипящего чайника, я повернулся и окинул взглядом комнату, которая стала мне приютом на время пребывания в этом странном месте. Это был настоящий Клондайк для такого искателя, как я. Несмотря на прошедшие десятилетия, вещи и обстановка сохранили свой прежний вид, разве что слегка выцвели обои и подгнило дерево полок, висящих на стенах. Книги, посуда, мебель, одежда — все было на своих местах, не тронуто, не разграблено, здесь стоял дух того времени, когда люди оставили это место. Я подошел к походной газовой конфорке и выключил ее, свист чайника тут же утих, растворяясь в тяжелом воздухе комнаты. Из рюкзака я извлек металлическую кружку, купленную в «Экспедиции», сыпанул в нее черного чая и залил кипятком. Аромат чая успокаивал. Сказать

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Пара вездеходов красовалась здесь же, очевидно, лесорубы передвигались по тайге именно на них, это были мощные ГАЗы, на мой взгляд, семьдесят первые, а может, и другой модификации, в этой технике я разбирался слабовато. Дальше шли ангары, сделанные так же на скорую руку, но и в Еже действовало правило: «Нет ничего более постоянного, чем временное». Видимо, в этих ангарах располагались сами цеха лесопильни. Почти на самом въезде я увидел синенькое одноэтажное здание с решетками на окнах, подозреваю, это и было управление, а возможно, и бухгалтерия в одном лице. Я направился прямо к нему: если где и была документация последнего периода, то она должна была быть там. Что немаловажно — официальная документация, которая могла пролить свет на последние дни существования города. Дверь, как и многие двери в Еже, была не заперта, чему я немало подивился, как-никак строитель здания взял на себя труд установить решетки в окнах, но кому они нужны, если двери тут вообще не запираются. Хотя я не совсем прав, двери магазина были когда-то заперты, их просто взломали бесцеремонными выстрелами в упор.

Внутри управления стоял тяжелый воздух, за все эти годы его не коснулось свежее дуновение ветерка. Однако, в отличие от всего виденного мною ранее, тут прогулялся кто-то похлеще ветерка. Столы были перевернуты, бумаги разбросаны по полу. В углу стоял огромный стационарный сейф, времен Николая второго, чуть выше двери сейфа на небольшой плашке красовались цифры изготовления, это был тысяча девятьсот третий год, и фабрика-изготовитель, название прочесть было невозможно, буквы за время поистерлись. На самой же двери красовались четыре достаточно свежих следа от пуль, пару дыр от коих я обнаружил в соседних стенах, похоже, это был карабин. Два других отверстия я не нашел, возможно, срикошетившие пули застряли в мебели, а я не был экспертом, прибывшим на место преступления, и желания искать их не было. Меня интересовали совсем другие детали, кусочки прошлого, которые позволили бы мне восстановить картину произошедшего целиком. Но чем больше я находился в Еже, тем больше понимал, то, что тут произошло, не поддается никакой логике, это выходило за рамки реальности, и я опасался того, что до сути мне не докопаться. Я поковырялся в бумагах, но ничего интересного не обнаружил, отчеты, сметы, расчеты по зарплате, по сути, одна документация, которая обрывалась цифрой шестнадцатое сентября. Хотя кое-что тут было, записи о том, что посыльный вертолет в этом году весьма задерживается и лесопильня не может получить комплект ремдеталей для того, чтобы запустить один из цехов, вышедший из строя еще зимой. Так вот этот самый вертолет должен был прилететь в двадцатых числах сентября.