Передо мной была единственная улица Ежа, вдоль которой стояли пятиэтажки хрущевской постройки, ее уже поглотила тьма, и лишь яркое красное зарево касалось верхушек домов. Я отчетливо видел темную фигуру человека, стоящего в конце улицы, до него было не меньше ста метров, но зрение не обманывало меня, это определенно был человек. Он стоял неподвижно прямо посреди улицы, и я готов поклясться, он смотрел прямо на меня, хотя его лица я не видел. Большой палец сам по себе двинулся к предохранителю, сухой металлический щелчок, и карабин был готов к действию. Слева от меня был подъезд, на третьем этаже которого я обосновался, логика подсказывала мне, что я должен остаться на улице и выяснить, кто стоял там, окутываемый тьмой. Другая же моя половина готова была понести меня к спасительной квартире, ворваться в нее и забаррикадировать дверь. Я остался на улице. Страха как такового не было, была лишь необоснованная тревога, которая поселилась во мне в тот момент, когда я впервые пересек границу города. Я стоял и смотрел на незнакомца, сощурив глаза и пытаясь проникнуть под покров тьмы, незнакомец стоял так же, как и я, недвижимо, безмолвно, и смотрел на меня.
— Эй! — Прошло минут пять, прежде чем я смог выдавить из себя этот короткий звук. Незнакомец не пошевелился, он по-прежнему смотрел в мою сторону, и его фигуру уже почти полностью скрыла тьма наступающей ночи. Думаю, в тот момент он видел меня так же плохо, как и я его. — Эй, мужик! — Я был уверен в том, что незнакомец именно мужчина. Ответом мне была тишина. Я сделал один шаг вперед, незнакомец отступил на один шаг назад, теперь я был уверен в том, что это не плод моего воображения и не причудливая игра теней. — Ты кто? — Напряжение во мне нарастало, что за чертовщина тут происходила? Отсутствие ответов порождало неведение, а неведение — страх перед неизведанным. Я сделал еще один шаг, и незнакомец отступил на шаг назад.
— Что за хрень? — Это я уже произнес вполголоса, скорее, для себя, чем для кого-либо. Я поднял карабин, упер его в плече и посмотрел на темную фигуру через собачку прицела. Нет, я не собирался стрелять и уж тем более убивать человека, мне хотелось взглянуть на его реакцию, и то, что я увидел, заставило мои волосы на затылке зашевелиться. Темная фигура подняла руки вверх, так, как будто в руках у него был точно такой же карабин, как и у меня, только вот оружия у него не было. Я стоял и смотрел на него сквозь прицел смертельно опасного оружия, он стоял и смотрел на меня сквозь прицел воображаемого карабина.
Солнце уже опустилось за горизонт, и стало совсем темно, сколько прошло времени с того момента, как я увидел фигуру человека в этом проклятом месте, я не знал, по крайней мере мои руки, держащие карабин, затекли и заметно подрагивали.






