ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Клэри вслед за семейством Лайтвудов и Джейсом оказывается в Аликанте, столице Идриса, где хранится последнее орудие — Зеркало смерти, — за которым охотится Валентин. Отстоит и обретет мир только то... Город стекла Кассандра Клэр Часть первая Взлетают искры …Но человек рожден для страданий, как искры, чтобы устремляться вверх. Иов, 5:7 1 Портал Вернулось тепло, и вновь ярко светило солнце. Не то что на прошлой неделе. Клэри бежала к дому Люка по пыльной дорожке. Чтобы волосы не лезли в глаза, девушка натянула капюшон. Погода, может, и прояснилась, но с Ист-Ривер по-прежнему задувал злой ветер: пахло химией, асфальтом и бензином из Бруклина, а еще — жженым сахаром с заброшенной фабрики. Саймон дожидался на крыльце, сидя в продавленном дырявом кресле. Он пристроил на коленях карманную «Нинтендо» и сосредоточенно водил стилусом по нижнему экрану. — Есть! — сказал он, когда Клэри поднялась по ступенькам. — Я чемпион по «Гонкам Марио». Клэри откинула капюшон и, поправив челку, достала из кармана ключи: — Ты где пропадал? Я тебе все утро звонила. Саймон спрятал сверкающую коробочку игровой консоли в «почтальонскую» сумку: — У Эрика. Мы репетировали. — Репетировали? — нахмурилась Клэри и даже перестала возиться с замком. — Так ты… — Все еще в группе? Ну да, а что? — Обойдя Клэри, Саймон предложил: — Давай помогу. Уверенно, без лишней суеты он провернул ключ в ржавом замке, и механизм, щелкнув, поддался. Саймон случайно коснулся руки Клэри. Девушка вздрогнула: кожа вампира была холодна, как уличный воздух. При Саймоне Клэри по-прежнему становилось неловко, ведь они всего неделю как расстались. — Спасибо, — буркнула девушка, забрав ключи и не глядя на друга. В гостиной было жарко. Повесив куртку на крючок в прихожей, Клэри прошла в спальню; Саймон, к ее неудовольствию, плелся следом. На кровати лежал чемодан, раскрытый, будто устрица. Повсюду валялись одежда и художественные пр

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Видя озадаченное выражение на лице Клэри, он замолчал, а потом проговорил: — Н-нет, не то, все не то. Клэри, я возненавидел каждый миг, когда думал о тебе как о сестре, когда проклинал свои чувства к тебе. Только…

— Что? — Сердце у Клэри стучало так сильно, что голова начала кружится.

— Валентин радовался нашим отношениям, считая, что заполучил оружие против нас, — натянуто произнес Джейс. — И я возненавидел его — больше, чем любое другое зло. Восстал против отца, как будто того и дожидался, потому что были времена, когда я не мог определиться: следовать за ним или нет? Выбор трудный, и вспоминать о нем неохота.

— Помнишь, я спросила тебя, есть ли у меня выбор? Ты тогда ответил: выбор есть у каждого. Ты предпочел нашу сторону, и неважно, как тяжело дался выбор. Главное — ты его сделал.

— Знаю. Я лишь хочу сказать, что решился отчасти благодаря тебе. С самой нашей встречи я почти все делаю ради тебя. Иначе просто быть не может, Клэри… любовь у меня в сердце, в крови, в голове. Да я и сам не желаю иного.

— Правда? — прошептала Клэри.

Джейс шагнул ей навстречу, глядя прямо в лицо, не в силах отвести взгляд:

— Я всегда считал любовь отупляющим чувством. Думал, она делает нас слабыми, дурными Охотниками. Разрушает суть воина… — Клэри закусила губу, но отвернуться не посмела. — Я думал, быть хорошим воином — значит ни о чем, ни о ком не заботиться. Особенно о себе. Я рисковал, как мог: кидался на демонов очертя голову. Из-за меня, наверное, у Алека развился комплекс неполноценного воина… только потому, что он любит жизнь. — Джейс криво усмехнулся. — Потом я повстречал тебя: примитивную, слабую, необученную. И вдруг мне открылось, как ты любишь маму, Саймона. Ты, не колеблясь, отправилась в ад спасать друга. Нефилим с десятилетним опытом сражений ни за что не вошел бы в отель, где гнездятся вампиры. Тебя любовь не ослабила. Напротив, даровала силы, каких представить трудно. И я понял: на самом деле это я слаб.

— Нет, — пораженно возразила Клэри. — Ты не слаб.

— Теперь, может, и нет. — Джейс подошел к ней совсем близко. — Валентин не поверил, что я убил Джонатана, потому как Джонатан получил обучение лучше, чем я. Он и победил бы — почти победил… но я думал о тебе. Представил, как будто ты стоишь рядом, и мне захотелось жить дальше — больше всего на свете, — лишь бы снова увидеть твое лицо…

Клэри хотела коснуться Джейса, но руки словно онемели. Джейс стоял очень близко, и Клэри видела свое отражение в зрачках его глаз.

— И вот я стою перед тобой, и ты спрашиваешь, хочу ли я тебя по-прежнему, не разлюбил ли… не бросил ли то, что придает мне сил. Прежде я не смел отдаваться другим людям — Лайтвудам, Алеку, Изабель, — не смел дарить себя, но… Клэри, с самого первого момента я принадлежу тебе. Если я по-прежнему нужен.