ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Юность Александр Михайлович Авраменко Пролог. — Далеко ещё? Я поворачиваюсь к очень красивой девушке, сидящей в седле коня, идущего рядом. Она отрицательно качает головой: — Почти приехали, сьере граф. За эти гребнем… Посылаю Вороного вперёд. Конь сильный, легко вырывает из слежавшегося снега свои копыта и одним прыжком пробивает снежную застругу. Вот и перевал! Внизу, прямо передо мной, пологая лощина, покрытая множеством горячих источников. И я восхищённо вздыхаю — вся она буквально усеяна металлическими листами, оплавленными кусками непонятного происхождения, изуродованными контейнерами. Хватило бы людей… Оборачиваюсь — метрах в пятидесяти от меня начинается бесконечная колонна из саней и людей, кричу, перекрывая завывание ветра: — Мы на месте! Сейчас спустимся, и начнём! По моим следам к нам приближаются двое закутанных в тулупы всадников: — Сьере граф? Показываю жестом на валяющееся внизу богатство: — Видите? Ролло бледнеет и осенят себя знаком церкви: — Оборони меня Высочайший… Дож более спокоен. Но я то знаю, что сейчас у него внутри… — Спускаемся и начинаем собирать всё. До последней железки, до единого кусочка. Всё, что попадёт под руку. Сколько бы не потребовалось сил — грузить на сани, это нужно, ребята. Считайте, что это наша жизнь… Вассалы кивают в знак согласия, возвращаются к саням, вижу, как они машут руками, иногда до меня доносится отрывочная брань. Девушка на рыжей кобыле приближается ко мне: — Вы довольны, сьере граф? Слегка прищурившись, окидываю взглядом долину, обильно парящую множеством гейзеров. Однако, интересное местечко… Впрочем, картинка передо мной тоже… Ничего… Баронесса дель Рахи одета в специально пошитый костюм для верховой езды, лёгк

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ну а послезавтра, рано утром, едва рассветёт, отряд Волка Парда двинется для исполнения вассального долга Фиори перед Империей Рёко… Вот же, проклятие! Никак не могу заснуть. Перед глазами стоят умильные личики обеих дам. А в крови бурлит выпитое. Это сколько же у меня не было женщины? Быстро прикидываю, и обалдеваю — оказывается, уже почти год! Ничего себе… Ха! Меня есть саури, которой я кое-что обещал перед отъездом, а я свои обещания привык исполнять, благо мы, в этом самом плане, очень даже совместимы! Поднимаюсь с койки, поскольку я пока ещё даже не разделся, выхожу из своих покоев и говорю сидящему возле дверей дежурному слуге:

— Принеси вина и лёгкой закуски.

Тот кивает и исчезает прочь…

… — Свободна до утра.

Бросаю я возникшей на пороге подземной тюрьмы надзирательнице, громадных размеров женщине с ошейником и прикованной к нему цепью, подвешенными на поясе. Вместо ответа та кланяется, затем отцепляет снасть от пояса, протягивает мне:

— Это для выгула этого отродья, сьере граф.

Хм, грамотно придумано!

— Молодец! Хвалю. Но можешь идти отдыхать. До утра, как я сказал.

Женщина вновь кланяется и исчезает на лестнице, ведущей прочь из подземелья. Подхожу к двери камеры, где содержится саури. Отодвигаю засов, распахиваю дверь. Ооли, похоже, уже спит. Во всяком случае, её хрупкая фигурка лежит недвижимо на грубой кровати, и, вот же, опять безмерная доброта моей матушки! У пленницы имеется полный комплект постельного белья и принадлежностей — подушка, матрас, одеяло, и даже нижнее бельё. Во всяком случае, на небольшом стульчике в углу аккуратно сложено её верхнее простенькое платьице. Ага! Не спит! Уши выдали! Вон как ходуном заходили! Ах, ты же… Зараза…

— Эй, поднимайся.

Бормочу на русском. Молчит. Только острые ушки шевелятся. Подхожу ближе, срываю с неё одеяло. Саури вскрикивает, сжимается в комок. На ней длинная ночная рубаха из тонкого полотна. И, кажется, я такую раньше где-то видел…

— Чего ты хочешь, хомо?

Она поджимает под себя ноги, торопливо натягивает на них подол рубахи, но я наклоняюсь и защёлкиваю ошейник у неё на шее, прихватив несколько прядей распущенных волос. Самка вцепляется в железо обруча обеими руками, тогда просто сдёргиваю её с кровати. Та падает на земляной пол, охает от боли.

— Чего? Двигай, давай!

— Я никуда не пойду!

Саури стремительно бледнеет, кажется, сообразив, что я собираюсь с ней сделать. Её кожа сереет ещё больше, а глаза расширяются, словно у героев японских мультиков.

— А кто тебя спрашивает?

Нарочито удивляюсь я. Затем рывком выдёргиваю её с земли, заставив уткнуться в себя. Свободный конец цепи наматываю на запястья пленницы.

— Не хочешь шевелить ногами — значишь, понесу.