ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Маг Валерий Капранов Первое свидание Кажется, успел… На часах 11–57. Изнывая от духоты и обливаясь обильным потом, я отчаянно работая локтями, пробирался к выходу из переполненного пассажирами маршрутного такси. Что ни говори, а приспособленность наших граждан к «прелестям» общественного транспорта, является неотъемлемой частью их повседневной жизни. Это вам не программный курс школы по выживанию. Это реальная действительность нашего времени. То, за что люди на загнивающем Западе платят бешеные деньги, называя это модным словечком ЭКСТРИМ, нашему соотечественнику даётся совершенно бесплатно. Здесь как нигде, есть возможность испытать всю полноту ощущений. Горячее дыхание, обогащённое насыщенным перегаром с немыслимой комбинацией всевозможных паров от горючих напитков. Устойчивый букет из запахов пота, палёной резины, прелой ветоши и паров бензина, в раскалённом от жаркого солнца салоне, мчащейся по переполненным автомобилями дорогам маршрутки. Обязательно ощущается, привитое нам ещё во времена развитого социализма, неотъемлемое для нас чувство локтя. Оно присутствует, от непроизвольно парализованных тел, набитых в маршрутку как сельди в банку. Всё это дополняется отдельными комментариями по отношению к близким родственникам, в адрес водителя и кондуктора, когда создавшаяся биомасса, проверяет на практике физические законы сжатия и растяжения на крутых виражах и при резком торможении перед светофорами. В эти моменты особенно проявляется творческий потенциал отдельных индивидуумов, раскрывая перед присутствующими неисчерпаемые ресурсы ненормативной лексики и богатого на колорит, ядрёного русского мата. Я не любитель острых ощущений. Скорее наоборот, мне присуще стабильн

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Ройс Ройс какой-то, — ответил давнишний кореш Митяй, протыкая невидимое пространство, перемотанным изолентой перстом, в знак многозначительной важности сказанного утверждения.

— Да-а-а, — растягивая с завистью, подтвердил Палыч. — Подвалило кому-то счастье. Это тебе блин, не хухры-мухры. У богатых, Митяй — жизнь совсем другая.

Они заворожено наблюдали, как плавно сползает тонированное стекло, со стороны водительского сиденья, ожидая увидеть дальнейшую сцену, гадая, к кому же направится этот водитель. Но, к глубокому их удивлению, из окна машины, выпрыгнул здоровый пушистый, чёрный кот со сверкающим медальоном на блестящей цепи ошейника и, сиганув в кусты, стремительно умчался вон. Только его и видели.

Из чёрного лимузина больше никто не выходил.

Вдруг окрестности двора потряс закладывающий уши треск, и через секунду автомобиль, сопровождаемый урчащей трелью и разноголосицей тысячи сортиров и клозетов, стал постепенно осаживаться на асфальтированную дорожку, расплываясь и разваливаясь, огромной кучей зловонных экскрементов и миазмов. Вонь, стремительно заполнила дворик, разгоняемая ветерком, она стала просачиваться за его пределы, заполняя собой окружающее пространство.

Собутыльник Митяй, с трудом сдерживая подкатившую тошноту, борясь за удержание в организме, дорогих как семейная реликвия, миллилитров огненной влаги, с досадой передразнил, обомлевшего дворника:

— Подвалило кому-то счастье. Ага, подвалило… разуй глаза Палыч, это счастье тебе вон какую кучу навалило. И до утра не разгребёшся.

— Ёксель-моксель, твою мать… вроде и выпили-то понемногу, — лепетал растерявшийся дворник. — Что ж я с ей теперь делать-то буду?… Эвон сколько говнища то, куды ж его теперь денешь?…

— А ты его дачникам предложи, — вставил сообразительный Митяй. — Они вон, всё равно навоз покупают. На удобрения. А ты им бесплатно. Соображаешь? Каждому по ведру и дело в шляпе. Чистота и порядок.

— Да где ж ты видел, чтобы дачники на дачи, говно вёдрами развозили? Дурья твоя голова. Мелиоратор хренов. Это бы в автобусах и электричках, знаешь бы, что творилось?

— Ну, тогда и не знаю… — Митяй стал разводить руками в стороны.

— Тьфу ты… свалилась же нелёгкая, — хлопнул Палыч с досады стопкой по столу. — Не дадут отдохнуть по человечески. Собирайся. Пошёл я говно разгребать, пока крик не подняли. А то, я их знаю… понаедут как мухи с камерами снимать, для вечернего выпуска новостей. Да ещё не дай бог из санэпидемнадзора. Эти долго себя ждать не заставят. Так, что давай… забирай и двигай.

Они встали из-за стола. Митяй потянулся за своей початой бутылкой водки, а бедняга Палыч, за ведром и совковой лопатой.