Люди с Морского занимаются морским же промыслом: по берегу, в восьми километрах к востоку, начинается «крабовое поле». В поселении уже две мотолодки и один ялик – «моряки» исправно отлавливают добычу, приносимую течением. Пока в Морском Посту живут четыре семьи, но на подходе еще две – постепенно формируется настоящий поселок… не совсем обычных людей. Соответственно здесь нужна системная власть, организация быта и работы. И обучение детей. Хотя если в перспективе организовывать отделение школы в Промзоне – на весь район… Забирать детей у родителей – плохой метод, а фатальные неучи анклаву не нужны.
Морской порт, Зона отдыха, на острове ставим маяк, как символ присутствия, плюс Южный Пост, к которому берегом с востока не подойдешь: горки перекрывают. Все, Волга будет наша, это уже внутренняя река! Мы уже не просто дотягиваемся – мы крепко становимся на море, забирая берега себе. Опорный район, выше которого простирается Земля Обетованная Русского Союза. И открытые месторождения железа и серы рядом, на той стороне реки. Да и здесь еще немало найдем.
А если тут и ставить перерабатывающий центр? Ниже Промзоны?
Мне становилось очевидно – южная, самая важная опора анклава практически уже определена, остальное пока есть задачи тактические, растянутые по времени и ограниченные объемами выделяемых ресурсов. А закрепившись таким образом на юге, можно будет начинать давно желаемое и давно же планируемое – отправлять крепко оснащенные долговременные экспедиции на север по Волге и по берегам моря, в обе стороны. Среди прочего – искать в совершенно неизведанных нами землях правду настоящей украинской истории и возможные подходы по морям и рекам к нашим восточным соседям. И пусть канадцы со вновь найденными англами хоть изобъединяются в политические смычки: такой опорный район раскалывает их идею на крупные организационные осколки, неспособные к стратегическому воздействию на зоны наших интересов.
Эта серьезная экспедиция есть моя давняя и стойкая мечта: найти момент, оторвать от бесконечных дел и задач лучшее судно, а то и два, лучших людей, оснастить их добротно и отправить в дальний путь. И сам бы отправился, будь у меня такая возможность.
Размышляя, я лишь фрагментами слышал споры участников.
Пока что громко спорили лишь двое, остальные же опять погрузились в тихий разговор. Налили себе бульончику в стаканы, поставили меж собой миску с жареными сухариками, и хорошо им.
А эти жгут!
– Уважаемый Гоблин, ваши суждения о непреложности элитарных территорий в таких сообществах интересны, но не бесспорны…
Вот они уже куда забрались! Задним числом делят шкуру давно уже убитого и съеденного Смотрящими пещерника.






