У вас сильный ушиб, а может быть, и сотрясение мозга. Полагаю, нужно вызвать врача.
— Нет, — сказал я. — Никаких врачей. Со мной все будет в порядке через минуту. Не возражаете, если я посижу здесь еще немножко?
— Разумеется, не возражаю, — сказала она. — Я приготовлю кофе. Как думаете, вам кофе не повредит?
— Думаю, не повредит, — сказал я. — Так же как не повредит сидеть вот здесь и смотреть на вас.
Она скромно улыбнулась и снова ушла на кухню. Через десять минут она вернулась и принесла кофе. Он был ароматен и крепок. Она села напротив, положив свои темные от загара ноги одна на другую, и стала смотреть, как я пью кофе.
— Вы — прекрасная девушка, Элоиза, — сказал я. — Вот одного только не могу понять — почему вы здесь?
— А где же мне еще быть?
— И с каких пор вы увлекаетесь этим солнцепоклонством?
— С тех пор, как я впервые встретила Учителя, — сказала она. — Когда он в первый раз приехал на Лысую гору.
— Ну и как? Прибыльное дельце?
Она улыбнулась и покачала головой.
— Вы заблуждаетесь, лейтенант. Я не получаю никакой оплаты за то, что я здесь делаю. Понимаете ли, я верю в него.
— Вы шутите, — сказал я. — Та чушь, которую он несет, — лишь для ушей простаков.
Она поджала губы.
— Никому не возбраняется иметь на все свою точку зрения, лейтенант. Так случилось, что я поверила в Учителя. Он — человек кристальной честности. Вы ведь не откажетесь признать, что вы сами, хотя и не разделяете его веры, попали под впечатление его искренности?
Теперь была моя очередь покачать головой.
— Единственное, что впечатляет меня в этой истории, так это те суммы, которые вы собираете с этих простофиль.
— Вы стоите на ложном пути, лейтенант, — сказала она непреклонным голосом. — Но спорить с вами все равно бесполезно.
— Ну ладно, — сказал я. — Я не из тех, кто нарушает законы гостеприимства. Я поверю вам. Можно попросить еще немного кофе?
— Конечно. — Она вновь наполнила мою чашку.
— Держу пари, что Учитель тоже не из тех, кто нарушает законы гостеприимства, — сказал я.
Ее брови слегка приподнялись.
— Я вас не понимаю, лейтенант?
— Вы ведь его помощница, не правда ли? — сказал я. — Что-то вроде жрицы? Или есть еще название «близкий друг». По-моему, вы оба весьма близко знаете друг друга.
— Пожалуйста, давайте без оскорблений!
— Я видел, как он выходил из вашего домика непосредственно перед тем, как Чарли ударил меня по голове, — сказал я. — Он что, забегал на чашечку кофе?
— Думаю, это вас нисколько не касается, — сказала она ледяным тоном. — И мне нечего стыдиться и нечего скрывать! Учитель — замечательный человек и к тому же настоящий мужчина. И для меня большая честь служить ему. Вас это удовлетворяет, лейтенант?
— Об этом не меня надо спрашивать, — пробормотал я. — А Учителя.
Она вскочила на ноги.






