ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

«Бармен смешал нам по коктейлю, кинул туда кубики льда и воткнул соломинки. Я поудобнее устроилась на высоком стуле и огляделась. Вдалеке Светка подавала мне непонятные знаки. Я улыбнулась ей и пов... Отличница Елена Владимировна Глушенко Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав. ©Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес ( ) Мой желудок требовал хлеба, и можно даже без зрелищ. Конечно, лучше всего было бы сходить куда-нибудь нормально пообедать. Но мне так хотелось спать, что я решила ограничиться корейской лапшой, а затем подремать прямо на рабочем месте, на коврике для мышки. Я распечатала отчет и полезла в нижний ящик стола за очередным «Дошираком». Послышался скрип открываемой двери, и знакомый голос произнес: – Ау, люди! Вы где? Я затаилась. Это Леха. Что-то мне сегодня совсем не хочется его видеть. Как пить дать, поспать не удастся. – Петрова, отзовись. Я знаю, что ты здесь. Ну, сколько можно говорить, что я уже пятнадцать лет, как Потапова? Безнадежно. Вздохнув, я начала выпрямляться, стукнулась головой о стол и уронила коробку с лапшой на пол. Через мгновение он уже был рядом. – Брось немедленно эту гадость. Пошли в столовую. Я попыталась, было, сопротивляться, но он подхватил меня под руки и потащил в коридор. … Всякие кафешки, в изобилии расположенные вокруг конторы, кормили неплохо, но уж больно дорого. Поэтому у знающих особой любовью пользовалась столовая районной администрации в пяти минутах ходьбы от моей работы. Цены там были просто смешные. Мой личный рекорд составлял двенадцать рублей пятьдесят копеек. В эту стоимость входили салат из свежей капусты, каша манна

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но зато какие удивительные ощущения ты испытываешь, когда вдруг из-за поворота перед тобой внезапно вырастает громада Нотр-Дам, или Сен-Дени, или Сент-Эсташ, и ты застываешь в радостном изумлении. Внутри торжественно и спокойно. Солнечный свет, проникая сквозь старинные витражи, бросает цветные блики на холодный камень. Время словно проходит сквозь тебя, ты ощущаешь причастность ко всему, что видели эти древние стены. Душа твоя взлетает ввысь, и ты почему-то начинаешь чувствовать себя как дома.

Гарсон наконец-то принес мне мою рыбу с овощами. Вкусно, но совершенно несолено. Может, оттого, что тут «Zen»? Зато десерт божественен. Мороженное внутри шариков из хрустящего теста, усыпанных тертым миндалем и облитых горячим шоколадом. Это так вкусно, что я тихонько постанываю от удовольствия.

Вообще, сладкое в Париже – это отдельная тема. Таких эклеров не делают нигде! Абсолютно точно.

На часах – половина шестого. Сегодня среда, и Лувр работает допоздна. Это последний пункт в моей программе.

…

А вот и сюрприз – после шести вечера вход дешевле. Шесть евро вместо восьми шестидесяти. На разницу можно купить пирожное. Мелочь, но приятно.

Я думала, что Эрмитаж огромный. Как же тогда назвать Лувр? Чудовищно-огромный? Его размеры потрясают.

Нет, конечно, в мои планы и не входило осмотреть здесь все. Меня интересовала только живопись – европейская, 15–17 веков и преимущественно портретная. У Рубенса, Ван Дейка и испанцев я уже побывала. У меня еще оставалось чуть больше часа, и я пошла к Джоконде.

Мне повезло. Одна группа японцев уже ушла, а другая еще не подошла. По большому залу бродили одиночные посетители. Так что я смогла встать прямо напротив нее и наконец-то посмотреть ей в глаза.

Я смотрела на нее, она на меня. Не знаю, о чем думала она, а я думала, что, вот, сидит себе женщина, ни молодая, ни старая. Ни красивая, ни уродливая. Возможно, не очень умная, но определенно себе на уме и уж точно знающая, чего она хочет. Люди веками вокруг нее ходят, в глаза ей заглядывают, что-то про нее придумывают. А она только улыбается, потому что ей безразлично, что о ней говорят. Ведь все будет так, как она захочет.

Я вдруг подумала, что в Джоконде каждый видит свое отражение. Именно поэтому кому-то она кажется жестокой, кому-то сладострастной, кому-то коварной. Ну, а по мне она кошка, которая гуляет сама по себе. Потому что я сама такая. И все будет так, как я хочу.

…

На улице снова минус двадцать. Я вернулась. Наталья с Максом встретили меня в аэропорту и привезли домой.

– Может, подниметесь? Подарки сразу заберете, – спросила я.

– Не, уже поздно. Ты-то можешь дрыхнуть, ты еще в отпуске, а нам утром на работу.

Любопытно. Вообще-то они полуночники. Если девять часов для них поздно, то я Майя Плисецкая. Ну, да ладно.