ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Война окончена. Узурпатор мёртв. Многие годы в Империи бушевала гражданская война, которая закончилась штурмом столицы и свержением кровавого диктатора, коварством и хитростью захватившего власть в ог... Империя Григорий Сергеевич Павленко Глава 1 426 год от основания Империи Соладар — Алда! — крик разорвал тишину императорских покоев, — Алда, где ты?! — Элхарт, проснувшись и не найдя рядом своей супруги, пытался звать её, но та не отвечала. Несколько минут он метался между сном и явью, между прошлым и будущим. Несколько минут он пытался разглядеть во тьме покоев лицо жены. И лишь когда он пришёл в себя, Элхарт услышал в голове голос Балора: — Она умерла, Эл. Ты должен смириться. И вновь безжалостная память показывала ему белое, как снег, лицо Алды, которое укрывает саваном Корус. Элхарт пытался остановить старого генерала. Приказывал ему, просил, умолял, чтобы тот оставил его жену в покое. Он не понимал, что именно в тот день она обрела настоящий покой. Вечный покой. Но Элхарт навсегда его лишился. И сейчас, сидя в их навсегда опустевшей кровати, одинокий император прошептал те же слова, что говорил ему Балор в тот день: — Она умерла. Алды не стало, и он должен был с этим смириться, но, Господи, как же это было тяжело сделать! Каждый раз после пробуждения он тянул руку на пустую часть кровати, в надежде, что она будет спать рядом с ним. Работая в своём кабинете, Элхарт всегда ждал, что вот-вот тяжёлые двери распахнутся, и в них буквально впорхнёт его жена, которой неожиданно захотелось сказать, что она любит его. Каждый раз, когда он приветствовал людей в тронном зале, то поминутно оглядывался влево, туда, где стоял трон императрицы. Её взгляд всегда удерживал его от ошибки. Но теперь трон Алды был пустым, она больше никогда не войдёт в его кабинет и не обнимет своего мужа, а проклятая супружеская кровать всегда будет холодна, как мрамор. — К чёрту все это! — проборм

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Балор хочет нам рассказать кое-что о горцах.

Сев слева от отца, Велена посмотрела на лорда Балора. Тот подошёл к камину, в котором ещё тлели угли, и внимательно посмотрел на медвежью голову, висящую над ним.

— Ты правильно заметил, мне есть, что сказать вам о горцах. И о том, что кое-кому не следует игнорировать мои послания, — он развернулся и посмотрел на своего друга, который в ответ лишь махнул рукой, мол, плевал я на твои письма.

— Корантар сильнее всего пострадал за последние десять лет, — продолжил лорд Соладара, проигнорировав жест Валора, — война и чума обрушились на эти земли, собрав обильную жатву. Тысячи людей погибли от мечей предателей и десятки тысяч умерли от голода и болезни. До войны в Корантаре жило около двухсот тысяч человек, сегодня — не более пятидесяти.

— Ты пока не сказал ничего, что бы я и без тебя не знал, — нахмурился Валор.

— Хорошо, что ты это знаешь. Но также ты знаешь, что Соладар регулярно снабжает зерном твоих людей, чтобы те не умерли с голоду. Ты только вдумайся в это, Медведь, мне приходится давать зерно в провинцию, которая в былые годы сама кормила всю Империю! Но ты все это знаешь. Ты знаешь, что в Корантаре нет людей, чтобы засеивать поля и защищать границы. Твоя провинция опустела, и если мы срочно что-то не предпримем, то она так и останется мёртвым придатком для Империи.

Валор вновь нахмурил брови. Он знал, к чему ведёт Балор.

— Но пустые поля — это не все, что беспокоит Элхарта, — лорд Соладара вновь развернулся к камину и принялся внимательно изучать взглядом медвежью голову.

— Бакорт… — негромко подала голос Велена. Она, как и каждый житель северных земель Империи, прекрасно знала об отношениях двух провинций. Бакорт и Корантар всегда были непримиримыми врагами, даже до основания Империи, будучи двумя независимыми государствами, они без конца воевали друг с другом из-за любых мелочей. Когда оба королевства были скованы воедино железной рукой первого Императора, страсти немного утихли, уступив место обычной неприязни, которая изредка перерастала в приграничные стычки. Но сейчас все изменилось.

— Именно, леди Велена, — сказал Балор, не отрываясь от созерцания медвежьей головы. — Как вы оба, думаю, знаете, год назад умер старик Харонт, уступив трон своему младшему сыну — Логару. И тот начал мутить воду.

— У щенка молодая кровь, вот и гавкает на кого не следует, — Валор пригладил бороду, посмотрев на друга, — у него духу не хватит сунуться в Корантар. А если и хватит…

— Ему это и не нужно. Месяц назад он подал официальное прошение Императору о том, чтобы часть неиспользуемой земли Корантара была передана Бакорту. И чтобы ты знал, Валор, Верховный совет рассмотрел его прошение и счёл его разумным.