— Ваша группа охотников единственная или таких несколько? — Вот теперь самый интересный вопрос, от которого многое зависит.
Устраивать прямо сейчас круговую оборону, или еще есть время, чтобы удрать в кусты и переждать остроту кризиса.
— Это была самая опытная в этих краях четверка. Инструкторы школы, — с некоторой грустью в голосе ответил маг, оглядывая мертвые тела рядом с собой. — Других подобных ей нет, могут разве самых способных учеников послать, когда узнают о провале. Но, вероятнее всего, станут ждать подкрепления из столицы. Они от тебя теперь не отстанут, пока не доберутся. Слуги Истинного никогда ничего не забывают и никого не прощают. И новые боевые отряды не заставят себя долго ждать — Борцы со Скверной даже Великих Повелителей побеждали. Не завидую я тебе, искатель, ох не завидую.
— Ты далеко не первый, кто мне подобное говорит, — задумчиво произнес я, — теперь остается решить — что с тобой дальше делать.
Признаться честно, этот внутренне трясущийся от страха и тем не менее старающийся держать себя в руках маг мне даже немного нравился. Явно одаренный мужик, хотевший чего-то большого достигнуть в жизни, согласившийся ради такого дела на не самую приятную службу у местных святош и столкнувшийся при этом с суровыми жизненными обстоятельствами. Не заискивает тут передо мной, пытаясь всячески спасти себя, просто старается сохранить хоть какое-то видимое достоинство. Как может и как получается. Получается у него плохо. Полезной информации от него мало, своей ценности мне он не показал. С другой стороны, не хочется его просто так убивать, но и отпускать тоже нельзя. Ситуация ведь еще далека от завершения. И иметь при себе информатора, знающего многое о моих непосредственных врагах, весьма полезно. Это сейчас он несколько неадекватен, потом, когда перестанет трястись, сам все расскажет: главное — попробовать переманить его на свою сторону. Не жестко подчинить, привязав огненной клятвой, а именно переманить, используя кнуты и пряники. Тогда от него появится реальный толк.
— Марин, сможешь его изнутри немного пощекотать своим щупальцем, чтобы он хорошо это прочувствовал? — обратился я голосом к девушке после мысленного перевода ей последней части нашей беседы с пленником.
Зная, как действует русский язык на местных, решил воспользоваться им для придания некоторым своим последующим действиям большей убедительности.
— Попробую, — ответила она, — только если помрет — не взыщи.
— Ты постарайся. Живым он может нам пригодиться, но если не получится — плакать не стану.
— Сейчас… — Она на пару секунд сосредоточилась, выпуская свой щуп.
Едва он коснулся мага, тот резко дернулся всем телом и попытался разорвать свои веревки.






