ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сын Зевса и Геры, герой многочисленных мифов и легенд. С самого его рождения его жизнь была тесно связана с Олимпом, его преследовали любовь и ревность богов. Ночь, которую великий громовержец пров... Геракл Марина Степанова Глава 1. Герой, рожденный в страсти — «Она должна стать моей!», — эта мысль полностью овладела Зевсом — царя всех богов, громовержца и правителя Олимпа. Еще совсем недавно Зевс даже и не думал о любви, всецело занимаясь своими небесными делами. К тому же, Гера, его жена-богиня, успокоилась, и в их отношениях наметилась светлая полоса. Но, увидев прекрасную деву, облаченную в пурпурные одежды, стоящую в лучах закатного солнца, Зевс потерял голову. Ее прекрасное лицо с огромными черными глазами лани, прямой профиль, корона густых волос цвета расплавленного золота — все это пленило Зевса, истинного почитателя женской красоты. Он не мог отвести глаз от лица прекрасной незнакомки. Вернувшись на Олимп, Зевс тут же вызвал ловкого Гермеса и отправил его в Фивы — побольше узнать о прекрасной незнакомке. Гермес, облаченный в гиматий и обычную для него широкополую шляпу, со своим крылатым жезлом, без которого он не появлялся ни перед богами, ни перед смертными, вернулся на следующий день. Зевс, восседая на своем золотом троне, с трудом скрывал свое нетерпение. — Ну же, друг мой Гермес, что ты узнал о ней? — без церемоний начал спрашивать Зевс. — Зевс, правитель мой, я провел весь день в Микенах — родине прекрасной Алкмены, которая пленила твое сердце… — В Микенах? — вскричал Зевс. — Я отправлял тебя в Фивы! — Да, правитель, я был и в Фивах, — примирительно продолжил Гермес, привыкший к вспышкам гнева у своего отца. — Но узнав, что именно в Микенах родилась и выросла Алкмена, я отправился туда. Так вот, эта Алкмена — старшая дочь царя Электриона, который был добрым правителем Микен. Алкмена росла в тиши микенских садов, охраняемая тремя братьями-лучниками. Од

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

На голове ее, вместо волос, развевались змеи, а взор обращал в камень каждого, кто осмеливался взглянуть в ее ужасные глаза.

Геракл уже поднял свою тяжелую палицу, но Гермес остановил его, тихо коснувшись руки.

— Не надо, брат, — шепнул он. — Это ведь не сама Медуза, а ее бесплотная тень. Ее убил другой смелый герой, Персей, и она уже не может никому причинить вреда.

Братья прошли мимо.

Души стайками носились вокруг, со вздохами и тихим плачем, жалуясь на свою тяжелую судьбу. Геракл многих своих знакомых встретил здесь, но они не узнали Геракла. Выпив воды из реки забвения Леты, они теряли свою память о земной жизни.

И вдруг Геракла коснулась чья-то легкая тень. Геракл остановился удивленный. Он узнал Мелеагра — молодого мужа, с которым познакомился в Афинах, когда гостил у Тесея.

— Славный Геракл! Я рад снова видеть тебя! — прошептала тень, и словно легкий ветерок развеял волосы Геракла. — Что делаешь ты в мрачном подземелье?

— Я выполняю приказ правителя своего, царя Эврисфея! Мне нужно увести с собой охранника Аида, злобного Цербера!

Тень Мелеагра затрепетала словно от страха.

— Геракл! — снова просвистела тень. — Когда ты совершишь все свои славные подвиги, иди в Калидон к моему отцу Ойнею. Там живет моя безутешная сестра, красавица Деянира. Возьми ее в жены, храбрый Геракл! Она станет хорошей женой тебе!

Холодный ветер просвистел возле ушей Геракла. Душам не дозволялось обращаться к живым.

— Сжалься над Деянирой, осиротевшей сестрой моей, в память о нашей дружбы! После моей смерти она осталась беззащитной. Возьми ее в жены, герой! Обещай мне!

Эти слова еще долго звучали в ушах Геракла.

Все ниже спускались друзья в подземную бездну. И вдруг увидели они человека, тащившего вверх по подземной горе огромный камень. Уставший, весь в поту, напрягая все мышцы, он руками толкал камень наверх, подпирая его всем телом. Всего только один шаг оставался ему до вершины горы, но камень внезапно вырывался из уставших рук и с грохотом катился вниз, к основанию горы. Человек спускался за ним и опять начал тащить свою неподъемную ношу. И опять, так и не достигнув вершины, падал камень с высоты, и человек начинал свой труд снова и снова. Тяжелый, бесплодный труд.

Это был Сизиф из Коринфа, который осужден богами вечно таскать этот камень — за свою жадность, за то, что при жизни присваивал чужие богатства и жил в безделье.

Дальше Геракл увидел еще одного человека, по плечи стоящего в прозрачной воде чистой реки. И едва он наклонялся, чтобы утолить свою жажду, и смочить пересохшие губы, как вода мгновенно спадала, уходя в землю. С пологого берега к человеку спускались ветви со спелыми плодами и ягодами, кисти винограда почти касались его лица.