ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сын Зевса и Геры, герой многочисленных мифов и легенд. С самого его рождения его жизнь была тесно связана с Олимпом, его преследовали любовь и ревность богов. Ночь, которую великий громовержец пров... Геракл Марина Степанова Глава 1. Герой, рожденный в страсти — «Она должна стать моей!», — эта мысль полностью овладела Зевсом — царя всех богов, громовержца и правителя Олимпа. Еще совсем недавно Зевс даже и не думал о любви, всецело занимаясь своими небесными делами. К тому же, Гера, его жена-богиня, успокоилась, и в их отношениях наметилась светлая полоса. Но, увидев прекрасную деву, облаченную в пурпурные одежды, стоящую в лучах закатного солнца, Зевс потерял голову. Ее прекрасное лицо с огромными черными глазами лани, прямой профиль, корона густых волос цвета расплавленного золота — все это пленило Зевса, истинного почитателя женской красоты. Он не мог отвести глаз от лица прекрасной незнакомки. Вернувшись на Олимп, Зевс тут же вызвал ловкого Гермеса и отправил его в Фивы — побольше узнать о прекрасной незнакомке. Гермес, облаченный в гиматий и обычную для него широкополую шляпу, со своим крылатым жезлом, без которого он не появлялся ни перед богами, ни перед смертными, вернулся на следующий день. Зевс, восседая на своем золотом троне, с трудом скрывал свое нетерпение. — Ну же, друг мой Гермес, что ты узнал о ней? — без церемоний начал спрашивать Зевс. — Зевс, правитель мой, я провел весь день в Микенах — родине прекрасной Алкмены, которая пленила твое сердце… — В Микенах? — вскричал Зевс. — Я отправлял тебя в Фивы! — Да, правитель, я был и в Фивах, — примирительно продолжил Гермес, привыкший к вспышкам гнева у своего отца. — Но узнав, что именно в Микенах родилась и выросла Алкмена, я отправился туда. Так вот, эта Алкмена — старшая дочь царя Электриона, который был добрым правителем Микен. Алкмена росла в тиши микенских садов, охраняемая тремя братьями-лучниками. Од

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Три дня и три ночи праздновали Фивы свою победу, восхваляя богиню Афину, совершали жертвоприношения и воскуряли драгоценный ладан. Также было решено посвятить мраморного льва в храм Артемиды в Фивах.

Эта победа еще больше увеличила славу Геракла, и царь Креонт, желая вознаградить его, отдал ему в жены свою прекрасную дочь Мегару. На свадебном пиру гуляли все фивяне и даже славные боги одарили молодоженов. Быстроногий Гермес подарил Гераклу меч, солнечный Аполлон — лук и колчан стрел, хромой Гефест сковал для него золотой панцирь, а Афина собственноручно соткала для своего любимца золотонитый хитон. И только Гера, покровительница брака, не поздравила Геракла и его молодую жену.

Счастливо зажил сын Зевса со златокудрой Мегарой в Фивах, и щедрые боги послали им троих синеглазых как сам Геракл сыновей.

Амфитрион и Алкмена не могли нарадоваться счастью их храброго сына, и думали они, что предсказания Тиресия были неправдой и их сына ждет долгая спокойная жизнь.

Несмотря на то, что отношения Геры с легкомысленным Зевсом улучшились, и супруги, наконец, помирились, она ни на минуту не забывала о ненавистном ей Геракле. Дни и ночи думала она, как ей извести героя. И прибегла она к ее самому любимому средству, разрушившему ни одну человеческую жизнь.

В теплый июльский вечер семья Геракла мирно отдыхала после ужина в длинном зале, по бокам которого свод поддерживали колонны, а закатный свет Гелиоса мягко освещал каменные своды и пол. В очаге мирно горел огонь. Малые сыновья Геракла весело играли, сидя на львиной шкуре отца, небрежно брошенной им на пол.

— Ну же, Теримах, старший сын мой, перестань кусаться. — Ласково заметила проказу Мегара. — И ты, Креонтиад, не щипай малыша!

Заливаясь счастливым смехом, дети Геракла продолжали заниматься своими делами: рассматривали огромные львиные лапы, касались своими маленькими пальчиками острых клыков в оскаленной пасти. Радовалась душа Геракла, любуясь на своих прекрасных детей.

Тихо скрипнувшая дверь испугала пламя очага. Геракл удивленно поднял голову. Не мог он увидеть тонкостаную, в струящемся хитоне, богиню Ату, которая, по приказу Геры, прокралась в дом, никем не замеченная. Тихо подойдя к Гераклу сзади, она накинула ему на глаза невидимую повязку, одурманившую его разум.

Опустив глаза на пол, Гераклу стало казаться, что его львиная шкура задвигалась, ожила и зарычала, подняв к нему свою оскаленную пасть, а его дети превратились в ужасных чудовищ с двумя головами. Геракл, охваченный злостью, вскочил со своего места, дико вращая налившимися кровью глазами, издал гортанный рык, больше похожий на рев дикого зверя. Он накинулся на детей и по очереди задушил их собственными руками.

Обезумев от ужаса, Мегара дико закричала.